Scientific journal
Modern problems of science and education
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,940

RELIGIOUS ASPECTS OF THE HISTORY OF OSSETIA: A HISTORIOGRAPHICAL OVERVIEW

Kelekhsaev R.K. 1
1 Institution of the Russian Academy of Science Institute of Humanities and Social Study the V.I. Abaev of the Vladikavkaz Scientific Center of the Russian Academy of Science and the Government of the Republic North Ossetia-Alania.
Scientific review conducted in the article relevant and unstudied problems of interaction of Church and State in Russia at the regional level, for example. Defined by the degree of knowledge of the religious aspects of the Russian Caucasus interaction within the broad framework of the second half of XIX – beginning of XX century. Historiographical analysis, conducted on the basis of periodization literature, selection in her pre-revolutionary, Soviet and post-Soviet contemporary phases revealed the basic patterns and features of its study, identify issues understudied draw conclusions about the current state and future directions. The author concluded that there was in the historiography of the synthesis of labour with an objective and comprehensive study of the denominational aspects of political and socio-cultural development, taking into account its their polyethnic nature and polikonfessional′nosti.
research
polikonfessional′nost′
State-church relations
historiography
Одним из определяющих факторов политического и социально-культурного развития России в течение последних полутора столетий следует признать государственно-церковные отношения и их динамику в различные периоды общественных модернизационных перемен. Построение современной модели государственно-церковных отношений невозможно без понимания роли и места религии в российской истории, без комплексного анализа культурно-исторической традиции.

В историографии изучаемой проблемы можно выделить три основные группы - дореволюционную, советскую и постсоветскую, включая современную.

Дореволюционная отечественная историография представлена, главным образом, исследованиями по истории православия. Процесс христианизации Осетии обстоятельно исследован в историческом очерке протоиерея И. Беляева «Русские миссии на окраинах», где разбирается деятельность «Осетинского подворья», начальный этап работы «Общества восстановления православного христианства на Кавказе», отдельных миссионеров [3]. В работе проведено описание культурной и социально-политической среды в Осетии, которое трудно назвать объективным и беспристрастным, но приведенные сведения о результатах миссионерства среди осетин представляют определенный интерес для настоящего исследования. Известный декабрист-кавказовед В.С. Толстой в «Очерке проповеди на Кавказе Великороссийской православной веры» описал пути проникновения христианства на Северный Кавказ, деятельность грузинских и русских миссионеров в Осетии, открытие Моздокской епархии, затем духовной осетинской епархии в Тифлисе [39]. В работе П.Г. Буткова «Материалы по новой истории Кавказа с 1722 по 1803 годы» подробно рассматривается процесс христианизации Северного Кавказа и Северной Осетии в частности, описывается деятельность Осетинской духовной комиссии, приводятся обширные статистические данные, исторические факты и описания жизни и быта осетин [8]. Интересные сведения о Владикавказской епархии содержатся в работе И. Попова «Преосвященный Иосиф, епископ Владикавказский», посвященной церковно-практической и просветительской деятельности Иосифа Чепиговского [32].

Особое место в дореволюционной историографии занимает исследование А. Гатуева «Христианство в Осетии», где кроме вышеуказанных вопросов описывается деятельность первых осетинских священнослужителей в горных приходах, в церковно-приходских школах, конфессиональное состояние местного населения [9,12]. Отдельные вопросы, связанные с православием в Осетии, были исследованы и другими представителями осетинской духовной интеллигенции.

В советской историографии роль религиозных институтов и церковнослужителей преподносилась как антигосударственная, в них преобладали идеологические установки, основанные на пропаганде атеизма. Конфессиональные аспекты общественного и культурного развития не становились предметом специального исследования, но в отдельных монографиях они рассматривались в контексте российско-кавказского взаимодействия. Так, в работах М.М. Блиева по истории русско-осетинских отношений  изучена деятельность «Осетинского подворья» («Осетинской духовной комиссии»), «Общества восстановления православного христианства на Кавказе» в политическом контексте русско-осетинских отношений, как составляющая политики Российской империи [6,7].

В работах, посвященных светской культуре Осетии, общественной мысли, истории народного образования, объективному исследователю сложно было обойти просветительскую роль православия, стоявшего у истоков образования и появления книжной культуры, а также деятельность отдельных просветителей - осетинских священников, учителей церковно-приходских школ. В своих работах М.С. Тотоев, Г.И. Цибиров и ряд других авторов [40,41,45] рассматривали эти вопросы как факты развития национальной культуры, но не связывали их с православием. Историки народного образования подвергали критике религиозное образование и воспитание, и, как правило, оценивали их как способ христианизации населения.

Современная историография включает исследования, появившиеся с 1990-ых годов до настоящего времени.

Конфессиональные аспекты политического и социально-культурного развития Осетии нашли отражение в новых обобщающих трудах, где впервые исследуется позитивная роль православия в развитии образования и культуры осетинского народа [22,31]. В работах, посвященных истории формирования и деятельности осетинской интеллигенции в период пореформенной модернизации ХIХ века, представлена характеристика ее профессиональных групп, в том числе церковной интеллигенции, активно включенной в различные виды социальной и культурно-просветительской деятельности [14,37,15.16]. Основной историографической тенденцией      становится переосмысление роли православия в культуре, в частности в развитии народного образования [2,33].

Конфессиональная составляющая городской культуры исследована в монографиях, посвященных городскому культурному пространству Северного Кавказа, и прежде всего города Владикавказ, в хронологических рамках, охватывающих период с ХVIII по начало ХХ века[23,24,25,42].

В современной историографии обозначилось биографическое направление, в рамках которого возвращаются незаслуженно забытые имена. Ряд монографических исследований посвящен представителям осетинской духовной интеллигенции, сподвижникам, которые наряду с церковно-практической деятельностью активно занимались просвещением своего народа. Среди них - исследования по жизни и деятельности Аксо Колиева, Харлампия Цомаева, Сека Гадиева, Моисея Коцоева, Николая Цопанова и др. [1,4,17,28,38,47]. Обобщающее исследование по церковной интеллигенции Осетии впервые было предпринято Ф.Р. Бираговой: на обширном архивном материале ей удалось обосновать правомерность применения понятия «церковная интеллигенция» к осетинским священнослужителям, определить ее состав и источники формирования, выявить неизвестные и малоизвестные имена, изучить проповедническую, культурно-просветительскую и общественную деятельность осетинских священников [5].  Проблема церковной интеллигенции получила дальнейшее развитие в новой монографии Л.К. Гостиевой «Православие в Осетии: очерки о православном духовенстве 2 половины ХIХ - начала ХХ в.», где представлен обширный биографический ряд и обстоятельный анализ многоплановой деятельности осетинских священников, включая и неисследованный ранее вклад в развитие осетинской этнографии [13].

Другим заметным направлением современной историографии является изучение истории Русской православной церкви в Осетии в советский период.

Впервые целостная картина развития государственно-церковных отношений в годы «атеистических пятилеток» представлена в монографии С.А. Хубуловой «Весь мир мой храм: поликонфессиональный Владикавказ в ХХ веке», где на примере города Владикавказ в широком общероссийском контексте, поэтапно рассмотрен сложный и неоднозначный процесс формирования государственной конфессиональной политики [44].

Деятельность РПЦ в Осетии в короткий, но весьма значимый период с 1917 по 1924 годы освещена в диссертационном исследовании А.А. Горобец [12], где изучены формы взаимодействия церковной и светской власти в условиях коренных преобразований в стране. В более широких хронологических рамках, охватывающих ХХ и начало ХХI века, рассмотрена история взаимоотношений РПЦ и государства на материалах Осетии в исследовании И.А. Гиоевой [11], предпринявшей попытку периодизации этого процесса, которая, наш взгляд, может быть существенно дополнена. Отдельные аспекты проблемы, в частности влияние государственно-церковных отношений на различные сферы жизнедеятельности советского общества, нашли отражение в научных статьях и материалах научных конференций[18,34,36].

Объектом пристального исследовательского внимания являются и современные конфессиональные аспекты общественной жизни [33,20,35,43], которые подвергаются постоянному мониторингу научными организациями и отдельными исследователями, в том числе и по инициативе министерств и ведомств Республики Северная Осетия-Алания. Межконфессиональные отношения, тесно связанные с межнациональными, нашли отражение в работах, посвященных межэтническим отношениям, в частности, в работах А.Х. Магометова «Самые чувствительные нервы (межнациональные отношения и интернациональное воспитание: история и современность)»[26].

Из современной церковно-исторической литературы следует отметить работу Высокопреосвященного Гедеона, митрополита Ставропольского и Бакинского «История христианства на Северном Кавказе до и после присоединения его к России» [10,29], в которой исследована история Кавказской и Владикавказской епархии и миссионерская деятельность среди горцев Северного Кавказа. Игумен Андрей (Мороз) в монографии «История Владикавказской епархии» описывает историю Моздокского викариатства Астраханской епархии и епископов Владикавказской епархии, деятельность осетинской духовной комиссии в Тифлисе, рассматривает систему управления осетинскими приходами во Владикавказском военном округе [21].

Приведенный историографический обзор показывает, что основное внимание исследователей как дореволюционного, советского, так и современного периодов, уделено проблемам православия. Значительно меньше работ посвящено исследованию исламского фактора в общественной жизни Осетии, его места в российской государственной политике в Осетии. Среди них следует отметить работы Т.Е. Дзеранова, И.Т. Марзоева, Е.Х. Наскидаевой и др. [19,27,30]. Не становилась объектом специального исследовательского внимания политика государства в отношении других конфессий и этнических групп, издавна проживающих в Осетии.

Следует также отметить, что в отечественной историографии пока нет обобщающего труда с объективным и всесторонним исследованием конфессиональных аспектов политического и социокультурного развития Осетии, с учетом ее полиэтничности и поликонфессиональности.

Рецензенты:

Айларова С.А., д.и.н., заместитель директора по научной работе ФГБУН Северо-Осетинский институт гуманитарных и социальных исследований им. В.И. Абаева Владикавказского научного центра Российской академии наук и Правительства Республики Северная Осетия-Алания, г. Владикавказ;

Чибиров Л.А., д.и.н., зав. отделом этнологии ФГБУН Северо-Осетинский институт гуманитарных и социальных исследований им. В.И. Абаева Владикавказского научного центра Российской академии наук и Правительства Республики Северная Осетия-Алания, г. Владикавказ.