Сетевое научное издание

Современные проблемы науки и образования

ISSN 2070-7428

"Перечень" ВАК

ИФ РИНЦ = 0,936

Введение

Отрасль фармации являлась и остаётся крайне актуальной и востребованной: ежегодно открывается огромное количество аптечных организаций по всей стране, отечественная фармацевтическая промышленность набирает обороты и является неотъемлемой частью экономики. Фармацевтическое образование в Российской Федерации на данный момент предполагает несколько уровней подготовки специалистов: по программам среднего профессионального образования продолжительностью один год десять месяцев для обучающихся на базе среднего общего образования или два года десять месяцев для обучающихся на базе основного общего образования с присвоением квалификации «Фармацевт» [1] и по программам высшего образования (специалитет) продолжительностью пять лет с присвоением квалификации «Провизор» [2] с возможностью последующего обучения по программам ординатуры. Получение высшего фармацевтического образования подразумевает более глубокое изучение различных аспектов фармации, таких как управление и экономика фармации, фармакология и клиническая фармакология, фармацевтическая технология, фармацевтическая химия и фармакогнозия. Среднее фармацевтическое образование, в свою очередь, больше сосредотачивает ресурсы обучающихся на практических аспектах специальности и, как правило, деятельности сугубо в аптечной организации. Таким образом, получение квалификации «Провизор» должно стимулировать абитуриентов поступать на такую программу, поскольку это обеспечивает более глубокое погружение в специальность и должно обеспечивать как будущий карьерный рост, так и получение знаний принципиально другого уровня.

Однако в последние годы в России к получению высшего фармацевтического образования угасает интерес у абитуриентов, и контрольные цифры приема в ряде вузов остаются недостигнутыми. Это приводит к объявлению дополнительных наборов, о чем неоднократно сообщали новостные агентства [3; 4]: в 2023 году в объявлены дополнительные наборы на вакантные места в Белгородском государственном национальном исследовательском университете (42 места), Пермском университете (12 мест), Северном государственном медицинском университете (7 мест), а в 2024 году объявлен дополнительный набор в Пятигорском медико-фармацевтическом институте (17 мест) – одном из флагманов фармацевтического образования страны. Если попытаться разобраться в причинах, то, согласно мнению фармацевтических специалистов, принявших участие в социологических опросах [5], основной причиной можно считать снижение престижа профессии, которое связано с коммерциализацией аптечного дела, избыточной погоней за получением прибыли аптечных организаций, снижением предъявляемых требований к кадрам. В 2022 году был представлен проект профессионального стандарта (ПС) «Фармацевтический работник» [6], который предполагает уравнивание большинства обобщённых трудовых функций и уровня квалификации работников со средним и высшим фармацевтическим образованием, за исключением проведения контроля качества лекарственных средств, которое по-прежнему является прерогативой провизора-аналитика. Вопреки тому, что упомянутый проект ПС не является действующим нормативным актом, он отражает возможное направление нормативного регулирования профессиональных функций фармацевтических работников. Как следствие, нивелирование различий между функциями фармацевтов и провизоров в аптечных организациях может рассматриваться как один из факторов, потенциально снижающих привлекательность более длительной образовательной программы специалитета по сравнению с двухгодичным циклом подготовки специалистов среднего звена.

Такие размышления подтолкнули авторов к изучению текущих возможностей у получателей и обладателей высшего фармацевтического образования, а также модернизации обучения по данной специальности.

Цель исследования – обосновать направления совершенствования содержания и образовательных траекторий высшего фармацевтического образования на основе анализа нормативных требований, профессиональных функций и международного опыта.

Материалы и методы исследования

Исследование выполнено в формате нарративного обзора литературы, нормативно-правовых документов, данных приемных кампаний, посвященных современному состоянию высшего фармацевтического образования и профессиональной реализации провизоров, а также перспективам развития фармации в России. Объектом исследования является система высшего фармацевтического образования в Российской Федерации. Предметом исследования стали профессионально-педагогические условия совершенствования подготовки провизоров с учетом действующих квалификационных требований и профессиональных стандартов, а также возможных перспектив развития. В основу методологии исследования легли системный (высшее фармацевтическое образование как элемент кадрового обеспечения здравоохранения), компетентностный (сопоставление профессиональных функций провизора с результатами профессиональной подготовки) и профессиографический (анализ стандартов, требований и трудовых функций фармацевтических специалистов) подходы. В ходе исследования проводился обзор и анализ доступных публикаций по теме состояния высшего фармацевтического образования в Российской Федерации, а также его перспективных направлений совершенствования, опыта их применения в мировой практике. Для поиска исследований использовались различные базы данных и поисковые системы, такие как Еlibrary, «КиберЛенинка», «Российская национальная библиотека», PubMed, Scilit, Google Scholar. Также был проведен анализ нормативно-правовых актов, касающихся фармацевтического образования и деятельности, с использованием нормативно-правовых порталов «ГАРАНТ», «КонсультантПлюс», «КонтурНорматив».

Поиск информации проводился по ключевым словам и фразам на русском языке: «высшее фармацевтическое образование», «фармацевтическое образование», «фармацевтические кадры», «провизор», «клиническая фармация», «клинический провизор», «профессиональные компетенции провизора», «профессиональный стандарт провизор», «фармацевтическая помощь», «ординатура фармация», «33.05.01 Фармация дополнительный набор». На английском языке использовались запросы: “higher pharmaceutical education”, “pharmacy education”, “clinical pharmacy”, “clinical pharmacist”, “pharmaceutical workforce”, “pharmacist competencies”, “pharmacy professional standards”, “clinical pharmacy standards”. Критериями включения являлись: соответствие теме исследования; наличие сведений о фармацевтическом образовании, профессиональных компетенциях, квалификационных требованиях, клинической фармации, кадровом обеспечении фармацевтической отрасли или приемной кампании по специальности 33.05.01 «Фармация»; доступность полного текста или официального нормативного документа; публикация на русском или английском языке. В итоговый анализ включено 36 источников, соответствующих критериям выборки.

Результаты исследования и их обсуждение

Текущие возможности выпускников

Для существующего федерального государственного образовательного стандарта (ФГОС) по специальности 33.05.01 «Фармация» разработан ряд ПС, регламентирующих профессиональную деятельность выпускников. Основополагающим из них является стандарт «Провизор» [7], который устанавливает оказание квалифицированной фармацевтической помощи населению как обобщенную трудовую функцию, а основным видом деятельности считается работа в аптечной организации. Оставшиеся ПС, такие как «Специалист в области управления фармацевтической деятельностью» [8], «Провизор-аналитик» [9], «Специалист по промышленной фармации в области производства лекарственных средств» [10], предполагают, в первую очередь, дополнительную подготовку выпускников в ординатуре по специальностям «Управление и экономика фармации», «Фармацевтическая химия и фармакогнозия» и «Фармацевтическая технология» соответственно. Трудовые функции и цели видов деятельности вышеперечисленных профессий указаны в таблице 1. В Приказе Министерства образования и науки Российской Федерации, утверждающем перечень специальностей и направлений подготовки высшего образования [11], упомянута еще одна специальность ординатуры - «Радиофармацевтика», однако ни ФГОС, ни ПС не утверждены к настоящему моменту, что свидетельствует об отсутствии возможности подготовки специалистов.

Таблица 1

Обобщенные трудовые функции и цели видов деятельности в основных профессиональных стандартах специалистов с высшим фармацевтическим образованием

Примечание: составлено авторами на основе источников [8–10].

В настоящий момент ПС и квалификационные требования к работникам с высшим фармацевтическим образованием [12] устанавливают, что провизоры могут занимать должности по специальностям «Управление и экономика фармации» и «Фармацевтическая технология» не только после прохождения ординатуры, но и по окончании профессиональной переподготовки, что упрощает возможности выпускников в расширении профессиональных компетенций, но в то же время может способствовать снижению необходимости в обучении по программам ординатуры. Основной деятельностью выпускников по ПС является работа в аптечных организациях, однако исключительные возможности у провизоров по сравнению с фармацевтами заключаются лишь в проведении контроля качества изготавливаемых лекарственных препаратов после прохождения ординатуры по специальности «Фармацевтическая химия и фармакогнозия», остальные трудовые функции могут выполнять и работники со средним профессиональным образованием, вопреки более глубокому и полному набору компетенций у работников с высшим образованием [13]. Имеется потребность в расширении профессиональных компетенций и возможностей выпускников, оптимизации профильной подготовки специалистов, о чём свидетельствуют данные опросов обучающихся и профессорско-преподавательского состава [14]. Также существует мнение о необходимости снижения сроков обучения по программам ординатуры до одного года ввиду большей рациональности распределения временных ресурсов выпускников: в большинстве зарубежных стран получение высшего фармацевтического образования составляет около пяти лет, а с существующей моделью обучения «специалитет + ординатура» полный цикл обучения в России составляет семь лет [15].

Пусть и не упомянутые во ФГОС специальности, существуют другие ПС, расширяющие возможности выпускников высших фармацевтических университетов, и касаются они областей изучения безопасности, проведения исследований и обеспечения качества лекарственных препаратов. Основная характеристика этих ПС описана в таблице 2. Одним из ключевых видов деятельности провизора является участие в системе фармаконадзора. В соответствии с решениями Евразийской экономической комиссии [16; 17] уполномоченным лицом по фармаконадзору может быть специалист с фармацевтическим и иным образованием из утвержденного перечня, однако именно провизор в ходе своей профессиональной подготовки получает необходимые знания по дисциплинам, предъявляемым в требованиях нормативно-правовой документации данной специальности. Также специалист с высшим фармацевтическим образованием может принимать участие в разработке лекарственных средств, включая проведение доклинических и клинических испытаний лекарственных средств [18]. Немаловажным аспектом деятельности провизора является участие в реализации создания безопасных лекарственных средств, включая валидацию процессов [19], создания системы обеспечения [20] и контроля качества [21] препаратов.

Таблица 2

Обобщенные трудовые функции и цели видов деятельности в иных профессиональных стандартах специалистов с высшим фармацевтическим образованием

Примечание: составлено авторами на основе источников [18–21].

Провизор в должности врача клинической лабораторной диагностики

Если выйти за пределы деятельности в аптечных организациях, то провизоры обладают компетенциями в проведении лабораторных исследований. Некоторое время существовало противоречие между существующим ПС [22] «Специалист в области клинической лабораторной диагностики» и нормативно-правовыми актами Министерства здравоохранения, утверждающими квалификационные требования к работникам [12], а именно в части требований к уровню образования врача клинической лабораторной диагностики. Согласно ПС, данную должность может занимать специалист с высшим фармацевтическим образованием, а по требованиям Приказа Министерства здравоохранения – нет. Лишь в 2023 году с введением в действие новых квалификационных требований данный просчет был устранен, и теперь провизоры могут обучаться в ординатуре по указанной специальности и после занимать соответствующую должность.

Однако текущие требования породили новый вопрос, а именно ограничение срока получения высшего фармацевтического образования: провизор может быть врачом клинической лабораторной диагностики лишь в случае, если он получил образование до 31 декабря 2010 года. Министерством здравоохранения не указаны примечания, по какой причине выбран данный временной отрезок. Если сравнивать требования государственного образовательного стандарта по специальности «Фармация» [23], который действовал до конца 2010 года, и ФГОС, который его заменил в начале 2011 года [24], то в части проведения химико-токсикологических исследований изменены формулировки: в первом документе одним из требований к выпускникам указано «проводить химико-токсикологические исследования с целью судебной экспертизы и выявления токсических веществ и их метаболитов в биологических жидкостях, тканях, органах, в водных, пищевых продуктах, лекарственных средствах», в то время как в сменившем его ФГОС указана компетенция «способностью и готовностью к участию в проведении химико-токсикологического исследования с целью диагностики острых отравлений, наркотических и алкогольных опьянений», то есть несколько сужен спектр профессиональной деятельности в области лабораторной диагностики. Однако в контекстуальной части образовательных стандартов существенных различий нет: в новом ФГОС количество компетенций выпускников лишь возросло [25], нет изменений в учебной нагрузке по блоку «Естественно-научные, математические и медико-биологические дисциплины» (таких, как биологическая и аналитическая химия, патология, микробиология), которые являются необходимыми для обретения навыков проведения клинических исследований четвертой категории сложности, предусмотренных ПС.

Возможность провизора занимать должность врача клинической лабораторной диагностики является инновационной, так как до этого осуществление медицинской деятельности фармацевтическими работниками было невозможно. Это может способствовать развитию высшего фармацевтического образования и лабораторной медицины в Российской Федерации [26], а также увеличению контингента обучающихся на ординатуре «Клиническая лабораторная диагностика», привлечению специалистов к работе в практическом здравоохранении. По указанным причинам, безусловно, важно и дальше совершенствовать нормативно-правовые акты, касающиеся требований к работникам с фармацевтическим образованием.

Клиническая фармация как перспективное направление развития высшего фармацевтического образования в России

В последние годы особенно остро стоит вопрос о развитии превентивной и персонализированной медицины для обеспечения здорового долголетия – указ Президента России от 2024 г. определяет данное направление одним из приоритетов научно-технологического развития страны [27]. В связи с этим крайне актуальным кажется расширение возможностей фармацевтических работников оказывать помощь населению, и одним из таких способов может послужить введение специальности «Клиническая фармация».

Клиническая фармация как отдельное направление сформировалось в 1960-1970-х годах и представляет собой научную дисциплину, в рамках которой фармацевтические работники оказывают помощь пациентам, направленную на оптимизацию лекарственной терапии, укрепление здоровья, поддержание благополучия и профилактику заболеваний [28]. Данная отрасль является соприкосновением самых разных аспектов лекарственных препаратов с клинической практикой и одним из важнейших аспектов оказания фармацевтической помощи. Специалисты клинической фармации занимаются консультацией врачей по вопросам совместимости и правильного применения препаратов, полипрагмазии, обеспечения надлежащего уровня эффективности и безопасности лекарственной терапии [29]. Клиническая фармация успешно зарекомендовала себя в разных странах с высокоразвитой системой здравоохранения, таких как Соединенные Штаты Америки [30], Германия [31], Великобритания [32]. В последние годы особое внимание уделяется проблемам, связанным с применением лекарственных препаратов (drug-related problems), и работа клинических провизоров помогает, с одной стороны, анализировать и выявлять такие проблемы [33], а с другой – уменьшать риски их возникновения [34]. Международные подходы к развитию клинической фармации подчеркивают необходимость специальной постдипломной подготовки, межпрофессионального взаимодействия и формального определения зоны ответственности клинического фармацевта. В обновленных стандартах American College of Clinical Pharmacу 2023 [35] клинический фармацевт рассматривается как специалист, участвующий в комплексном управлении лекарственной терапией и непосредственной помощи пациенту в рамках согласованной модели взаимодействия с другими медицинскими работниками.

Для получения необходимых компетенций в области клинической практики возможна организация модели двухлетней ординатуры, в ходе которой провизоры получат новые знания, расширяющие их профессиональные навыки. Несмотря на то, что в Российской Федерации существует врачебная специальность «Клинический фармаколог», реализация такой системы не должна приводить к «задвоению» функций: клинические фармакологи, прежде всего, работают в стационарах и занимаются сложными вопросами лекарственной терапии, такими как мониторинг противомикробной резистентности, фармакогенетическое тестирование, фармакоэкономический и фармакоэпидемиологический анализ [36], в то время как клинический провизор может осуществлять консультативную помощь врачам амбулаторного звена, а также пациентам в аптечных организациях. Провизор изучает разные аспекты лекарственных препаратов на протяжении как минимум пяти лет, в то время как подготовка специалистов большинства медицинских специальностей не затрагивает многогранные сущности фармакотерапии. Введение подобной специальности может стимулировать приток новых кадров в систему высшего фармацевтического образования, восстановление престижа ординатуры для провизоров, а также потенциально развить систему обеспечения лекарственной безопасности за счет синергии специалистов фармации с практикующими специалистами здравоохранения, что приведет к реинтеграции отрасли в медицинскую сферу. Сравнение компетенций фармацевтических работников, предполагаемого клинического провизора и клинического фармаколога представлено в таблице 3. Безусловно, существуют определенные практические риски внедрения клинической фармации в России: отсутствие действующего правового статуса клинического провизора, существующие пределы осуществления фармацевтического консультирования, необходимость проведения пилотных проектов и критериев оценки эффективности деятельности, возможное дублирование функций клинического фармаколога без отсутствия четких профессиональных границ между специалистами.

Таблица 3

Сравнение компетенций фармацевтических работников и клинического фармаколога

Примечание: составлено авторами на основе источников [1; 2; 7; 9; 36].

Заключение

На современном этапе развития высшего фармацевтического образования в России у провизоров есть возможность реализовывать свой профессиональный потенциал в таких отраслях, как аптечные и фармацевтические предприятия, исследование и разработка лекарственных средств, управление рисками и фармаконадзор. Перспективой развития может послужить более тесная интеграция фармации с актуальной медицинской практикой, прежде всего за счет подготовки кадров в области клинической лабораторной диагностики и клинической фармации. Данные меры могут способствовать росту привлекательности получения высшего фармацевтического образования, а также улучшению профиля безопасности фармакотерапии за счет привлечения большого количества новых высококвалифицированных кадров в сферу здравоохранения при условии нормативного закрепления, кадрового обеспечения и подтверждения эффективности в пилотных проектах.

Ограничения исследования

Настоящее исследование имеет ряд ограничений. Работа выполнена в формате нарративного обзора и не включает собственное эмпирическое исследование, социологический опрос абитуриентов, студентов или работодателей, а также статистическое моделирование факторов, влияющих на выбор образовательной траектории. В связи с этим результаты исследования не позволяют делать причинно-следственные выводы о влиянии отдельных факторов, включая сближение профессиональных функций фармацевтов и провизоров, на снижение интереса абитуриентов к высшему фармацевтическому образованию. Представленные предложения по развитию клинической фармации следует рассматривать как концептуальные направления, требующие нормативного закрепления, кадрового обеспечения и проверки эффективности в пилотных проектах.