Сетевое издание
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,940

«ВИЗУАЛЬНЫЕ СИМВОЛЫ В СОВРЕМЕННОЙ МУЗЫКЕ НА ПРИМЕРЕ ХОРА “СЕВЕРНОЕ СИЯНИЕ” ПЕККИ КОСТИАЙНЕНА. К ПРОБЛЕМЕ СЕМАНТИКИ ВИЗУАЛИЗАЦИИ В МУЗЫКАЛЬНОМ ИСКУССТВЕ»

Королёва А.В. 1
1 ГОУ ВПО «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена»
Статья представляет собой краткий обзор возникновения элементов театрализации и визуализации в камерно-вокальной, инструментальной и хоровой музыке XX в., что является характерной тенденцией современности. Предпосылками тому являются, с одной стороны, поворот восприятия в сторону усиления визуализации (так называемый визуальный поворот (термин Ф. Джемисона)), с другой – технический прогресс, возникновение кинематографа и фотографии, тенденция к синтезу во всех сферах искусств и науках. В данной статье показано внедрение визуальной символики на примере хора «Северное сияние» финского композитора П. Костиайнена, уникальном образце использования театрализации музыкального материала, вносящего органичный стилистически обоснованный смысл, раскрывающий по-иному, более полно образную сферу и замысел произведения в целом. Проблема визуализации музыкального образа является на данный момент актуальной и требующей исследования. Данная статья посвящена анализу нетрадиционных способов воплощения музыкальных образов и их интерпретации на сцене.
современная музыка
интерпретация
музыкальный театр
театрализация
визуальная символика
1. Гринев-Гриневич С.В. Основы семиотики: учебное пособие. – М.: ФЛИНТА Наука, 2012. — – 254 с.
2. Друх И. Фрески капеллы Скровеньи: сюита для двух фортепиано [Ноты]. – СПб.: Композитор, 2015. – 41 с.
3. Малевич К. Черный квадрат. – СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2014. – 288 с.
4. Петров В.О. Инструментальный театр XX века: вопросы история и теория жанра: Дис. … док. искусств. – Астрахань, 2013. – 354 с.
5. Helasvuo V. Sibelius and the music of Finland. – Helsinki: Otava, 1961. – 101 р.
6. Karila T. Composers of Finland. – Porvoo: Suomen säveltäjät, 1961. – 102 р.
7. Kostiainen P. Revontule [Music]. – Helsinki: SULASOL, 1994. – 14 p.
«Мир никогда не будет прежним…» ‒ смысл этой фразы лейтмотивом проходит через весь XX в. Свершившиеся в нем глобальные войны парализовали сознание человечества. В то же время научные открытия обострили пространственное ощущение времени и создали  новые способы коммуникации. Все это повлекло за собой радикальные изменения в социально-политической, экономической и культурной сферах жизни человека. Ускорившийся процесс взаимопроникновения разных культур отразился на выразительном языке искусства. Еще одним толчком к трансформации языковых систем стали такие технические достижения прошлого века, как возможность достоверной фиксации изображения с минимальной затратой времени (фотографирование) и воспроизведение движущихся объектов (видеосъемка).  Одним из результатов сосуществования и взаимодействия  таких новых видов искусств, как фотография и кинематограф, со старыми – оперный и драматический театр – стало возникновение своеобразных музыкальных жанров с элементами театрализации или визуализации образов: при помощи конкретных жестов, мимики, расположения исполнителей на сцене и др. Визуальное мышление проникло в музыке и в сочинения малых форм («Арлекин»  для кларнета К. Штокхаузена, «Общественная речь» для тромбона Р. Эриксона, «Tetras» для струнного квартета Я. Ксенакиса и др.) [4].

Цель данной статьи – показать возможные предпосылки трансформации системы звуковой организации в XX в. и выявить пути внедрения инновационных элементов визуализации и театрализации в музыкальные жанры. В качестве примера автор статьи рассматривает хор «Северное сияние» современного финского композитора П. Костиайнена (1944) как яркий и оригинальный образец визуализации музыкальных образов посредством движения исполнителей.

В первой половине XX в. как в живописи предметность, так и в музыке тональность достигли, по мнению ряда художников, своего полного аннулирования или пережили себя как систему творческого мышления [3, с. 94]. «…Нужно создавать новые знаки, а заботу о предметности возложить на новое искусство, фотографию, кинематограф», – писал К. Малевич в своем трактате [3, с. 94]. Кино- и фотоискусство вытесняют привычное понимание формы и драматического развития в изобразительных и зрелищных видах искусства. Становится необходимым другое воздействие на слушателя и зрителя. На смену линейного повествования приходит иной тип процессуальности: либо исключающей обращение в прошлое и будущее, с акцентом на настоящем (характерная особенность в искусстве американского авангарда), либо неординарно сталкивающей события прошлого, настоящего и будущего (принцип склейки кадров). Форма при этом теряет черты равновесия, устойчивости и логики, приобретая оттенки монтажности, экспериментальности или безграничности. Происходит это в разных видах искусства с помощью высвобождение первичной природы основного выразительного средства при создании произведения: в живописи – цвета (супрематизм, неопластицизм), в музыке – звука (алеаторика, сонористика), в литературе – слова (футуризм, модернизм), в балете – жеста (свободный танец). Результатом становится тенденция возникновения новых образно-знаковых систем в искусстве, основанных на других принципах организации материала, что также стало типичным явлением во многих сферах творческой и научной деятельности XX в. Это способствовало созданию новой науки семиотики [1].

В современной музыке вся организация музыкальной ткани (тональная, ритмическая, композиционная) непрерывно трансформируется. Во многом это прогрессирует благодаря свободному и в некоторых случаях опытному соединению разных техник письма в одном сочинении, что называют структурной комбинаторикой (термин К. Волнянского). Новые методы композиции, тембральные, артикуляционные, ритмические изменения и типы развития, приведшие к формированию таких композиторских техник, как сонористика, алеаторика, а также стилевого направления минимализма стимулировали кардинальную трансформацию графической фиксации нотного текста. Часто типичное изображение высоты звука в виде нот, тембральная окраска или многократный повтор определенного отрезка музыки заменяются на условные знаки, установленные самим композитором, которые расшифровываются им в начале или в конце произведения. Например, в приведенной ниже схеме (рис. 1), взятой из нотного издания «Фрески Капеллы Скровеньи» для двух фортепиано петербургского композитора И. Друха [2, с. 1], указывается, каким образом необходимо добиваться задуманного автором звучания на струнах рояля, а повтор одного и того же мотива заменяется заключением его в квадратную рамку и указанием повтора данного мотива нужное количество раз.

Рис.1.

 

В современной композиции преобразование нотного текста не ограничивается подобными символами. В нотном тексте нередко отображается сценическая и театральная организация музыкального материала, хотя по жанру произведение может не относиться к музыкально-сценическому.

Традиционная опера за последнее столетие сильно видоизменилась, распадаясь на множество жанровых подвидов: камерную оперу – активно игровую («Игроки» Д. Шостаковича) и психологически «статичную» («Замок герцога Синяя Борода» Б. Бартока), полномасштабную психологическую игровую трагедию («Катерина Измайлова» Д. Шостаковича), эпическую оперу («Война и мир» С. Прокофьева), монооперу («Голос человеческий» Ф. Пуленка), мюзикл («Вестсайдская история» Л. Бернстайна) и др.

Также черты театрализации проникают в камерно-вокальные, инструментальные и хоровые жанры. Большое распространение в современной музыке получили эксперименты со сценическим пространством, текстом, сюжетом, поведением исполнителей на сцене, что способствовало возникновению в XX в. новых синтетических жанров музыкального театра: инструментальный театр, хоровой, вокально-инструментальный и др. В этих жанрах композитор берет на себя роль режиссера и в силу определенного замысла вносит в музыкальный текст указания относительно положения музыкантов на сцене, их грима, голосовых нюансов, жеста, использованию света и т.д. Примерами тому служат опусы инструментального и вокально-инструментального театра Дж. Кейджа, М. Кагеля («Клятва Горациев» для фортепианного ансамбля), К. Штокхаузена, Я. Ксенакиса, Д. Корильяно, Р. Эриксона, Д Лигети, Б. Циммермана, Ф. Караева, С. Губайдуллиной, В. Сильвестрова и целого ряда других композиторов. В частности, у Г. Уствольской – симфония № 5, у Б. Тищенко – это цикл из пяти «Dante-симфоний», вокальный цикл «Апельсинка», у С. Слонимского – «Антифоны», Концерт для альта с оркестром.

Одним из уникальных примеров добавления в музыкальное сочинение элементов визуализации является хоровое творчество Пеки Костиайнена. Композитор минимально включает в партитуру знак-жест или символ-телодвижение, что имеет естественный и органичный характер, более красочно и полно раскрывая образную атмосферу сочинений («Rikasmies ja aareaitta», «Mull' on heila ihana», «Revontulet»). При исполнении такие ремарки дают музыкантам каждый раз новые возможности для интерпретации: свобода поведения на сцене, пластика тела, актерское мастерство с привлечением жеста, пантомимы. На примере хора для смешанного состава «Северное сияние» [6] в данной статье будут рассмотрены типовые и функциональные особенности применения визуальной символики в малом жанре.

Следует отметить, что финское музыкальное искусство прошлого столетия – это уникальное сочетание традиционной музыкальной культуры прибалтийско-финских народов и ассимиляции новых авангардных течений того времени [5, с. 8] Развитая хоровая культура скандинавских стран подразумевает не только своеобразную образную и звуковую атмосферу, но и особое внимание к работе с этим жанром. Учителями П. Костиайнена были известные финские композиторы Э. Раутаваара и Э. Энглунд, некоторое время обучавшиеся в США [7, с. 25, 86]. Они не могли не привнести новые черты в музыкальную жизнь финской культуры и не повлиять на стиль письма Костиайнена.

Хор «Северное сияние» ‒ это художественно-звуковое воплощение невероятного по своей красоте и своеобразию природного явления. Поэтической основой произведения является текст финского поэта и писателя Илмари Кианто (1874–1970), который глагольными метафорами образно описывает непрерывный процесс свечения северного сияния. С помощью техники сложного контрапункта и канона, а также ряда сонорных голосовых эффектов композитор воссоздает постоянно изменяющийся калейдоскоп мерцающего, пылающего, скачущего потока заряженных энергией световых частиц. Все произведение как бы пронизано магнетизмом, напряжением и расслаблением, которые композитор смог образно воплотить с помощью звука и жеста. Два постепенно образующихся хоровых кластера, открывающих сочинение, подобны энергетическим формулам. Далее следует три крупные волны эмоционально-звукового нарастания. Конец произведения – полное растворение звука и света. Заданная программа, посвященная природному феномену, реализовалась во многом благодаря визуальным знакам (жестам, телодвижениям), привнесенными и композитором, и исполнителями, исходя из стремления к объективной передачи образа. Специфика хорового состава предполагает большое количество участников и его однородность (без присутствия других музыкальных инструментов на сцене), что делает визуальный ряд – жесты, телодвижение – более объемными, масштабными, подобно укрупнению под увеличительным стеклом. Именно применение в таком контексте визуализации в хоровых сочинениях Костиайнена характеризует их жанровую особенность как хорового театрализованного действа.

В «Северном сиянии» композитор дает две словесные ремарки, указывающие на визуальные знаки. Первый знак – это медленное вращение туловища вокруг своей оси в момент хаотично повторяющегося кластера, что символизирует пульсирующий свет (рис. 2). Второй визуальный знак – поворот спиной к аудитории на последнем, завершающем аккорде произведения, что является символом полного исчезновения свечения (рис. 3).

Оба эти знака имеют две стороны воплощения семантического смысла. Первая – акустически функциональная, основанная на изменении звучания голоса в результате вращения корпуса. Так достигается почти мистический эффект как бы искусственных crescendo и diminuendo. Вторая сторона воплощения визуально отображает образ: поворот туловищем символизирует колебание и исчезновение светового потока.

 

 

 

Рис. 2.

В исполнительской практике этого сочинения таких известных хоровых коллективов, как Vox Aurea, Xara Choral Theatre, закрепилась традиция добавлять еще несколько визуальных элементов. Один из них предполагает постепенное опускание всех участников хора в положение сидя, в то время как звуковая гамма переходит в глубокий низкий регистр, меняет тембровую окраску на более темную и мрачную, подобную слабеющим и исчезающим световым отблескам сияния. Образно-символическое погружение во мрак семантически оправдывает появление этой дополнительной визуализации. Следующий далее композиционный эффект репризы – кластерное нарастание ,как во вступлении – усиливается резким вставанием отдельных групп хора, что также органично вписывается в сценическую интерпретацию данного сочинения.

 «Северное сияние» ‒ яркий образец хорового сочинения с применением визуализации. Оно часто исполняется как детскими, так и взрослыми хоровыми коллективами и всегда производит сильное впечатление на публику, оставляя в памяти не только звуковой образ, но и визуальный облик произведения.

Рис. 3.

Заключение

Одной из особенностей художественного мышления последних десятилетий является явный перевес в сторону зрительного восприятия. Ускорился поиск особых способов взаимодействия со зрителем и слушателем, что способствовало возникновению новых стилевых течений и направлений во всех видах искусства прошлого столетия. В музыкальном искусстве тенденция визуализировать образ и театрализовать действие в нетипичных для этого жанрах отразилась в появлении произведений, где визуальный символ-знак оправдан в образно-стилевом отношении и обладает своеобразным сценическим воплощением.

На примере «Северного сияния» П. Костиайнена демонстрируется, как символы и ремарки, обозначающие незвуковую (в виде нот) основу музыкального материала, помогают исполнителям визуализировать музыкальную идею, а также стимулировать появление оригинальных образных аналогий, соответствующих заданной программе сочинения. Даже минимальное применение визуальной символики не нарушает процесс слушания музыки, а лишь способствует его восприятию.

 Композиторские эксперименты, исполнительская практика и требования современной публики сделали типичным внедрение визуализации в малые жанры и формы. Во многом это реализуется в хоровом и инструментальном театрах – новых музыкальных жанровых образованиях, развитие которых представляет большой научно-исследовательский интерес.

Рецензенты:

Денисов А.В., д.искусствоведения, профессор, профессор кафедры теории и истории культуры ГОУ ВПО «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена», г. Санкт-Петербург;

Клюев А.С., д.ф.н., профессор, профессор кафедры музыкального воспитания и образования института музыки, театра и хореографии ГОУ ВПО «Российский государственный педагогический университет им. А. И. Герцена, г. Санкт-Петербург.


Библиографическая ссылка

Королёва А.В. «ВИЗУАЛЬНЫЕ СИМВОЛЫ В СОВРЕМЕННОЙ МУЗЫКЕ НА ПРИМЕРЕ ХОРА “СЕВЕРНОЕ СИЯНИЕ” ПЕККИ КОСТИАЙНЕНА. К ПРОБЛЕМЕ СЕМАНТИКИ ВИЗУАЛИЗАЦИИ В МУЗЫКАЛЬНОМ ИСКУССТВЕ» // Современные проблемы науки и образования. – 2015. – № 2-2. ;
URL: https://science-education.ru/ru/article/view?id=23061 (дата обращения: 21.09.2021).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074