Электронный научный журнал
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,813

ИСТОЧНИКИ ОСЕТИНСКОЙ МИФОЛОГИИ

Таказов Ф.М. 1
1 ФГБУН Северо-Осетинский институт гуманитарных и социальных исследований им. В.И. Абаева ВНЦ РАН и Правительства РСО-Алания
Проведен анализ основных источников, отражающих осетинскую мифологию, проведен исторический обзор формирования мифологии в условиях различных внешних влияний. Проведенный библиографический обзор позволил проследить эволюцию мифологических сюжетов и определить различные пласты влияния христианства и ислама на мифологическую систему осетин. Исследование наглядно продемонстрировало, что в основе эпических сказаний осетин лежат архаичные мифы. Несмотря на то, что три эпоса, бытующие у осетин, неравнозначны по богатству сюжетов и мотивов, однако они дополняют друг друга в воссоздании целостной мифологической картины осетин. Помимо эпических сказаний, важными источниками при изучении мифологии являются легендарные мифы, волшебные сказки и притчи, в которых сохранились древние мифологические архетипы, отражающие архаичное мифологическое восприятие категорий времени, пространства и космогонии.
архетип.
космогония
легенды о Царциата
сказания о Даредзанта
нарты
эпос
творение мира
мифы
осетинская мифология
1. Абаев В. И. Избранные труды. Религия, фольклор, литература. Владикавказ, 1990.
2. Абаева З. В. У истоков нартоведения // Известия ЮО НИИ. Вып. XX. – Тбилиси, 1976.
3. Бентковский И. Материалы для истории кавказских казаков. Моздокские крещеные осетины, черкесы, называемые «Казачья братья» // Ставропольские губернские ведомости, 1880, № 3, 5.
4. Берзенов Н. Г. Очерки Осетии // Периодическая печать Кавказа об Осетии и осетинах. Т.1. Цхинвали, 1981. - С. 100.
5. Вахушти царевич. География Грузии / Известия Кавказского отдела Русского географического общества. 1904. Вып. XXIV. Т.5.
6. Гюльденштедт И. А. Географическое и статистическое описание Грузии и Кавказа. СПб., 1809. / Осетины глазами русских и иностранных путешественников (XII - XIX вв.). Орджоникидзе, 1967. - С. 87-89.
7. Дюмезиль Ж. Осетинский эпос и мифология. М., 1976.
8. Ирон адæмон аргъæуттæ (Осетинские народные сказки). Т.I. Сталинир, 1959. (на осет. яз.).
9. Клапрот Ю. Г. Путешествие по Кавказу и Грузии, предпринятое в 1807 - 1808 гг. / АРХИВ СОИГСИ, ф. 4, оп. 1, д. 6.
10. Миллер В. Ф. Осетинские этюды. Ч. I, М., 1881.
11. Паллас П. М. Заметки о путешествии в Южные наместничества Российского государства в 1793 и 1794 гг. / Осетины глазами русских и иностранных путешественников. Орджоникидзе, 1967.
12. Рейнеггс Я. Общее историко-топографическое описание Кавказа / Осетины глазами русских и иностранных путешественников. Орджоникидзе, 1967.
13. Таказов Ф.М. Ислам в системе традиционной культуры осетин (XVIII – начало XX вв.). Владикавказ, 2007.
14. Таказов Ф.М. Мифологические архетипы Модели мира в осетинской космогонии. Владикавказ, 2014.
15. Толстой В. С. Поездка в Осетию в 1847 году. Из служебных воспоминаний В. С. Толстого // Русский архив. Кн. 2. М., 1875. - С. 265-268.
16. Шегрен А. Религиозные обряды осетин, ингушей и их соплеменников при разных случаях. М., 1847.
17. Штедер Л. Л. Дневник путешествия из пограничной крепости Моздок во внутренние местности Кавказа, предпринятого в 1781 году // Осетины глазами русских и иностранных путешественников /Составит. Калоев Б. А./. Орджоникидзе, 1967. - С. 27-70.
Осетинская мифология - совокупность мифологических представлений народа, уходящая своими корнями в глубокую древность. В процессе своего развития она испытала различные внешние влияния, сохранив, при этом, в своей основе древнюю мифологическую систему.

Начальный этап формирования осетинской мифологии относится к эпохе индоиранской общности (II - первая половина I-го тыс. до н. э.).

В отличие от оседлых иранцев, мифология которых стала развиваться в условиях новой идеологии, кульминацией которой стал зороастризм, мифотворчество кочевых саков/скифов продолжалось в традиционном формате. Дальнейшее формирование осетинской мифологии связано с аланами.

Несомненно, на эволюцию мифологии осетин определенное влияние оказала мифология народов Кавказа, христианство и Ислам [13].

Наиболее фундаментальным и типичным видом мифотворчества осетин являются космогонические мифы. Космогонические мифы повествуют о происхождении космоса в целом и его частей, связанных в единой системе. Основным начальным сюжетом творения мира в осетинской космогонии является происхождение космоса из хаоса.

Широкое распространение получили этиологические мифы, объясняющие появление на небе некоторых звезд и созвездий, появление Земли и жизни на ней.

Популярны антропогонические, тотемические, календарные, героические, эсхатологические.

Основными источниками изучения мифологии осетин являются эпические сказания о Нартах, Даредзанах и Царциатах, а также мифологические предания, легендарные рассказы, трудовые и обрядовые песни, молитвословия, притчи, сказки, пословицы и поговорки.

Первые сведения о мифологии осетин относятся к 1604 году и принадлежат русским послам Михаилу Татищеву и дьяку Андрею Иванову, прошедшими тогда через Дарьяльский проход в Грузию [3]. В 1650 году Никифор Толочанов и дьяк Алексей Ивлев, проследовавшие через Дигорское ущелье в Имеретию, оставили важные сведения о населении этого района Осетии. Хотя в сообщениях этих авторов дается скудная информация о мифологии осетин, однако именно это время можно назвать отправной точкой, с которой мы можем судить о состоянии осетинской мифологии.

Несомненно, огромный интерес в этом плане представляет и труд грузинского царевича Вахушти «География Грузии» [5], содержащий не только географическое описание всей Осетии конца XVII, но и некоторые ценные сведения о религиозно-мифологических воззрениях осетин. Хоть скудные, но ценные в научном плане сведения об осетинской мифологии содержатся в документах, составленных русскими миссионерами из Осетинской духовной комиссии и русской военной администрацией на Кавказе. Более подробные сведения о мифологии осетин стали поступать со второй половины XVIII в. после посещения Осетии некоторыми путешественниками и учеными (Л.Л. Штедер [17], И.А. Гюльденштедт [6], Я. Рейнегс [12], П.М. Паллас [11] и др.). Много ценного материала обнаруживается в трудах исследователя осетинского языка Г.Ю. Клапрота [9], путешественников по Осетии первой половины XIX в. Гакстгаузена и Коха. Наиболее содержательны данные о структуре осетинской мифологии в работах А.М. Шегрена (1794 - 1855), автора первой научной грамматики осетинского языка и статьи по дохристианским религиозным верованиям осетин [16]. К первой половине XIX в. относятся также "Письма Х.Ш. ... к Ф. Булгарину, или поездка на Кавказ", "Осетия" и "Осетинские адаты" А. Г. Яновского. С середины XIX в. появляется ряд работ, в которых мифология осетин уже представлена более подробно: Н. Г. Берзенов "Новый год осетин Владикавказского округа", "Осетинский обряд сидения мертвецов", "Очерк осетин", "Из записок об Осетии", "Очерк Осетии. Дигория" и др. [4], В. Ф. Переваленко "Осетинский праздник хор-хор" [2], В. С. Толстой [15] и др.

Опубликованные в XIX столетии материалы на страницах периодической печати являются ценным источником по мифологии осетин. Хотя на страницах этих газет не часто можно встретить материалы, отражающие мифологические сюжеты в чистом виде, однако в большинстве этнографических, а также просто обзорных статьях широко представлены и религиозно-мифологические воззрения осетин. Кроме того, периодически стали публиковаться отдельные сказания из нартовского цикла, основного источника мифологических сюжетов и мотивов.

Если публиковавшиеся в периодической печати тексты были далеки от научного подхода - отсутствовала информация о сказителях, не всегда можно было определить место записи фольклорного текста, переводы характеризуются произвольностью, - то первая публикация нартовских текстов, осуществленная Дж.Шанаевым в 1871 г., представляет собой новый этап в эдиционно-текстологической подготовке фольклорных текстов.

Научный подход к эдиционно-текстологической подготовке эпических произведений заложил В.Ф.Миллер, опиравшийся в своей деятельности на представителей осетинской интеллигенции, ставшие впоследствии активными собирателями нартовских сказаний.

Помимо эпических текстов, опубликованных В.М.Миллером в «Осетинских этюдах» [10, с. 14-77], в 1902 г. им были подготовлены и изданы отдельные нартовские тексты в сборнике дигорских сказаний, записанных И.Т.Собиевым, К.С.Гардановым и С.А.Туккаевым [8, с. 7-11]. Изданные В.Ф.Миллером тексты нартовских сказаний с русскими переводами, снабженные комментариями, стали образцом эдиционно-текстологического метода подготовки фольклорных текстов.

Основными источниками для реконструкции мифологии осетин являются, прежде всего, эпические сказания о Нартах, Царциатах, Даредзантах, а также мифологические легенды, сказки, обрядовые, календарные и религиозно-мифологические песни. Хотя эпические произведения о Нартах, Царциатах и Даредзантах отражают одну мифосистему, и в них встречаются одни и те же мифологические образы, относящиеся к так называемым небожителям - зэдам и дуагам, однако каждый из них является самостоятельным произведением. Нет в них одинаковых сюжетов, образов.

Наиболее популярным и содержательным эпическим произведением по праву считается поэма о Нартах. В национальных вариациях Нарты бытуют у ряда народов Северного Кавказа. Нартовский эпос по своей художественной и культурологической значимости приравнивается к таким шедеврам народного творчества, как Илиада, Калевала, Махабхарата, Манас и др.

Первые сведения о бытовании нартов у народов Северного Кавказа относятся ко второй половине XVIII - началу XIX века. Но эти упоминания связаны, прежде всего, с толкованием названия минеральной воды «нарзан». (1776 г. Рейнегс дает слово «нарзан» как черкесское, обозначающее напиток гигантов и святых; 1802 г. Паллас П.С. расшифровывает как «напиток богатырей»; 1809 г. Гюльденштет называет нарзан напитком великанов и духов). О наличие у осетин нартовского эпоса впервые упоминает выдающийся немецкий востоковед и путешественник, адъюнкт азиатских языков русской Академии Юлиус Клапрот. Первый, небольшой по объему сюжет, зафиксированный им, повествует о взятии крепости Уарп Батразом, сыном Хамица.

Героический эпос любого народа рассматривается и истолковывается в двух аспектах: в аспекте мифа и в аспекте истории. Нартовский эпос не составляет исключения. В нем отразились и древние мифы, и историческая действительность.

Историчность нартовского эпоса состоит, прежде всего, в том, что в нем отражен определенный социальный уклад. В эпосе живописными красками передаются картины быта и нравов нартовского общества. Осетинские мифы, верования, праздники, ритуалы, похоронные обряды, исторические события, военное искусство, молитвословия и другие традиции получили свое отражение в нартовском эпосе. По этому поводу Ж. Дюмезиль писал, что «нравы нартов соответствуют нравам осетин» [7, с. 11].

В то же время основу эпоса составляют архаичные мифы. В нем отражены космогонические мифы о сотворении мира, о появлении первых нартов.

Яркое отражение в нартовском эпосе получили астральные мифы. Согласно эпическим сказаниям Млечный путь (Æрфæны фæд) - это след легендарного коня Урузмага, называемого Арфан (Æрфæн). Радуга называется «Лук Сослана» (Сослани æндурæ). Молния - блеск меча Нарта Батраза. Луна же, по одной из вариантов, является осколком лезвия чудесного меча Сайнаг-алдара, убитого Батразом.

Центральное место в эпосе занимают солярные мифы. Архетип Солнца представлен в антропоморфических или зооморфических образах: Уастырджи, Сослан, Батраз, Сайнаг-алдар, Колесо Балсага, конь, олень, орел, ласточка. Символами Солнца выступают: камень, колесо, чаша, яйцо [14, с. 43].

В одних сюжетах мифы выступают как остаток культа Солнца, в других - как олицетворение, художественный образ, без религиозно-мифической подкладки. Но в обоих случаях они отражают архетип солярных мифов.

Наибольшее же отражение в эпосе получили героические мифы, что позволяет исследователям называть нартовский эпос героическим. Традиционно герои группируются в циклы. Традиционно в эпосе выделяют 4 основных цикла:

1. Начало нартов (Уархаг и его сыновья, Ахсар и Ахсартаг);

2. Урузмаг (Урызмаг) и Шатана;

3. Сослан (Созруко);

4. Батраз.

По утверждению В.И.Абаева «Важными, если не по объему, то по значению, являются также циклы хитроумного Сирдона и чудесного певца Ацамаза.

Но кроме этих основных циклов, имеется еще десятка полтора самостоятельных сюжетных узлов с самостоятельными героями: Тотрадз, Арахцау, Саууай, Сыбалц, Айсана и др. Не всегда удается установить, являются ли эти "малые циклы" обломками когда-то существовавших больших, или, наоборот, перед нами разрозненные сказания, находившиеся на пути к образованию цикла» [1, с. 152].

Подобно Нартовскому эпосу во всей Осетии были распространены эпические сказания о Даредзанах (Даредзанты таурæгътæ).

Сказания о Даредзанах бытуют во многих вариантах. Эпос о Даредзанах многогеройный, образует несколько циклов, в зависимости от группировки сказаний вокруг отдельных героев: цикл «Ростом», цикл «Амран», цикл «Караман», цикл «Безан» и др. Эпос повествует не только о могучем Амране и его братьях, но и в целом о роде Даредзановых.

Даредзаны борются как с земными врагами, так и с подземными далимонами (бесами) и небожителями. Сюжет рождения Амрана маркирует архетип творения мира и символизирует Мировое древо.

В отличие от Нартовского эпоса, в сказаниях о Даредзанта мифологическое начало менее проявлено, на первый же план выступает героическое.

Следующим, третьим эпосом, более архаичным, но менее популярным, чем Нарты, являются сказания о Царциата (Царциатæ/Царцатæ). Если сказания о Нартах и Даредзантах хорошо знакомы как исследователям, так и широкому кругу читателей, то мифы про Царциата до сих пор остаются вне поля зрения исследователей. Помимо осетин Нарты бытуют у многих народов Кавказа, а Даредзанта - у грузин. В отличие от них мифы о Царциата известны только осетинам.

Эпические сказания о Царциата повествуют о возникновении Вселенной и о возникновении жизни на земле, об образовании Солнечной системы, о появлении человека и его борьбе за выживание. В них рассказывается о появлении различных обычаев и традиций. Если в Нартовском эпосе на первом плане - героико-мифологическое, то в легендах о Царциатах на первый план выступает мифологическое, а героическое присутствует как отражение определенной мифологемы.

Важным источником, отражающим мифологию осетин, являются легендарные мифы, повествующие о небожителях (Хуцау, Уастырджи, Афсати, Фалвара, Тутыр, Уацилла); об исторических личностях (царица Тамар, Ахсак-Темур, Хетаг, Ос-Багатар); о небесных светилах и их появлении (Æрфæны фæд - Млечный путь, Авд хойы - Плеяды, Лæдæртæ - Большая Медведица); о первотворцах (Артауз - творец насекомых и гадов; Анигол - творец пчел; чёрт - создавший араку).

Наиболее же богатой, после эпических произведений, в отражении мифологии составляют волшебные сказки. В волшебной сказке в яркой форме отразилось мировоззрение народа, в ней сохранились древние мифологические архетипы, отражающие архаичное мифологическое восприятие категорий времени, пространства и космогонии.

Не менее популярны и сатирические сказки, повествующие об отношении народа к служителям культа - попам и муллам, о взаимоотношениях работников и хозяев, о бедняках-хитрецах, о неверных женах.

Безусловно, все жанры осетинского фольклора не равноценны в сравнении друг с другом по богатству мифологических сюжетов, но в целом они представляют целостную мифологическую картину мира осетин и в полной мере служат источником воспроизведения мифологии.

Рецензенты:

Парсиева Л.К., д.фил.н., ведущий научный сотрудник отдела осетинского языкознания ФГБУН Северо-Осетинский институт гуманитарных и социальных исследований им. В.И.Абаева ВНЦ РАН и Правительства РСО-А, г. Владикавказ;

Фидарова Р.Я., д.фил.н., главный научный сотрудник отдела фольклора и литературы ФГБУН Северо-Осетинского института гуманитарных и социальных исследований им. В.И.Абаева ВНЦ РАН и Правительства РСО-Алания, г. Владикавказ.


Библиографическая ссылка

Таказов Ф.М. ИСТОЧНИКИ ОСЕТИНСКОЙ МИФОЛОГИИ // Современные проблемы науки и образования. – 2015. – № 2-2.;
URL: http://science-education.ru/ru/article/view?id=22942 (дата обращения: 18.02.2020).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074