Scientific journal
Modern problems of science and education
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,940

ON FUNCTIONALLY DISCRETE RHYMES IN TURKIC FREE VERSE (BASED ON THE POETRY UYGHUR)

Nurakhunova G.M. 1
1 Kazakh National Pedagogical University named after Abai
In article the main questions of a rhyme and the sound organization in a modern Uigur free verse are analyzed. During the analysis certain regularities in functioning of sound repetitions and in their relations among themselves in structure of a modern Uigur free verse were revealed. In the sound organization of a modern Uigur free verse the tendency of active application of all types of accords, including, alliterations is observed. In a number of poems of the modernist direction the rhyme dekanonization as specific reception of a verse is observed.
sound repetitions
Turkic versification
free verse
alliteration
rhyme

Введение

Эволюция тюркского стихосложения за долгие века его существования прошла длительный и неравномерный путь.

До принятия ислама в письменной поэзии использовался аллитерационный стих с богатой структурой звуковых созвучий. Аллитерационные повторы определяли ритм всего стихотворения.

Исламский период характеризуется проникновением в тюркскую письменную поэзию метрической системы стихосложения - аруз, в которой рифма выполняла функции связующего звена между байтами.

В конце 19-начале 20 века в тюркской письменной литературе быстрыми темпами развивается силлабическая система стихосложения - бармак, возникновение которого обусловлено возрождением фольклорных традиций. Если раньше бармак преимущественно использовалась в народных эпосах, кошаках, бейтах, героических эпосах, в 20 веке он стал основным размером тюркской письменной литературы. Способы рифмования в строфической конструкции бармака весьма разнообразны. Параллельно силлабике в начале 20 века советские поэты тюркских республик пытаются вводить новые формы стихосложения. Агглютинативный характер тюркского стиха давал простор для различных экспериментов со слоговым и фонетическим составом слова. Экспериментируя с различными видами созвучий, поэты-модернисты искали новые формы выразительности, позволяющие уйти от традиционных клише и достичь свободы сочетаний различных типов. Появление разнообразных моделей стихотворений поставила перед исследователями задачу дифференциации свободного стиха и бармака.

Некоторые исследователи относят к верлибру равносложные силлабические стихи, в которых обычно разнообразится строфическое членение и композиция риф­мы. В таких стихах, как известно, не нарушаются ритми­ческие законы силлабической системы. Напротив, с по­мощью усиления некоторых ее элементов (например, риф­мы, графики, турака) силлабика начинает приобретать су­щественно новые качества, становиться ритмически разнообразной. По нашему мнению, такие формы нельзя отнести к сво­бодному стиху, потому что, с одной стороны, главный ритмический элемент тюркской силлабики - турак организует стих, а, с другой стороны, рифма еще фиксирует метрическую за­кономерность строк и жестко выполняет строфическую функцию.

На наш взгляд, свободный стих противопоставлен арузному и силлабическому стиху, так как не учитывает ритмо-метрические законы вышеназванных типов стиха. В свобод­ном стихе разрушается турак. Он утрачивает свою доми­нантную функцию, предоставляя ее другим элементам.

В связи с этим мы считаем, что в тюркской поэзии су­ществует два вида свободного стихосложения.

  1. «Неправильный» [1, 135] свободный стих (термин А. Л. Жовтиса), где чрезвычайно усилена функция звуковых повто­ров, особенно рифмы. Количество участвующих в стихе рифм, как правило, многочисленно, и организация стихо­творения зависит от рифменных повторов.
  2. «Правильный» свободный стих. Собственно говоря, это верлибр, где нет единой меры повтора. В таких стихах функция звуковых повторов сильно снижена. Рифма как таковая теряет функцию «вслед идущего» и превращается в обычный звуковой повтор.

В дальнейшем при анализе повторов мы будем опираться на эти виды свободного стиха.

1. Развитие («неправильного») свободного стиха разрушило силлабические законы, прежде всего, метрику и строфику. Но, что интересно, была ощутима тенденция усиления роли рифмы в ритмической организа­ции стихотворения.

Усиление функции рифмы, которая осуществлялась в рамках свободной метрико-строфической организации сти­ха, отмечается, прежде всего, в произведениях поэтов 1920-1940-х го­дов.

Рифма в произведениях авторов довоенного времени носила отпечаток стихийности и по фонике и по строфиче­ской композиции. Чаще всего поэтами использовались грамматические глагольные рифмы. Например, рифмова­лись «заводларлар-чанлар», «кэлди-йэтти» и т.п. В композиции стиха значительно усиливалась роль побочных, второстепенных созвучий. В структуре стиха рифма функционировала в новом качестве.

В силлабическом стихе рифма подвластна законам метри­ки и функционирует внутри системы, а в свободном стихе она сама образует систему и действует как система. Все другие компоненты стиха под­чинены рифменным повторам. Рассмотрим ритм стиха, ори­ентированный на слоговой состав рифмующихся слов:

1) Икки тәнтәк,

2) «мән», «сән» дәп,

3) Авалойнашти, күлүшти.

4) Андин урушти.

5) Бир-биригә баш атти,

6) Таш атти.

7) Бир чағда қанға милинип,

8) Кочида икки я ш ятти.

9) Ойлим ас көруп турди,

10) Һежийип кулуптурди.

11) Бир чәттә тамаша қилип,

12) hәммини билип турди.

13) Ариға чушуп «қой» демәйдудә!

14) Чунки у езидин башқини,

15) Пәқәт, пәқәт ойлимайдудә...

16) Хош, жигит мәс болди,

17) Пәс болди.

18) Әр - аялниң арисийда,

19) Бәс болди.

20) Вақиришип, жақиришип,

21) Бала-жақиға тәс болди.

22) Казан сунуп, чинәчеқилди,

23) Деризэ комирилип, ишик ечилди ...

24) Ойлим ас һәммини билип турди,

25) Көрүп турди.

26) Икки қолини янчуққа селип,

27) Күлүп турди.

28) Нәсипәт қилип, «қой» демәйдудә?!

29) Чунки у езидин башкини,

30) Пәқәт, пәқәт ойлимайдудә...

31) Ишдаш достиға балатепилди,

32) Яла епилди.

33) Гувачиниңйоқидин,

34) Гуна қетилди.

35) Ахир қелип, аз күнгәкесилди,

36) Ойлимасһэммини билип турди,

37) Көрүп турди.

38) Мушуктәк көз жумувелип,

39) Күлүп турди.

40) Ақни «ақ» дәп сөзлимәйдудә,

41) Чунки у езидин башқини

42) Пәқәт, пәқәт ойлимайдудә.

43) Ойлимасниойландурсақ,

44) Яхши болатти.

45) Ойлимасни ойлаштурсақ

46) Башқа ойлатти.[5, 261]

(Илья Бахтия)

Как видим, подавляющее большинство слов (вместе с повторяющимися строками они составляют 111 слов), в стихотворении созвучны между собой. Девять строк (13- 14-15, 28-29-30, 40-41-42) повторяются по принципу строчного редифа с той лишь разницей, что они входят в общую закономерность, имея композиционный характер. Некоторые слова из этих строк заменены созвучными сло­вами.

Наблюдаются созвучия внутри каждого из сегментов предложения, которые можно рассматривать и как отдельные синтагмы. Каждое двустишие - малая синтаксическая конструкция, обладающее собственной степенью завершенности. Эти малые интонационные единства объединены в общее целое общим созвучием, пронизывающим все стихотворение.

Что же получается? Во-первых, рифма не всегда ока­зывается графически четко отмеченной, как в метрической си­стеме. Во-вторых, в некоторых местах она имеет серийный характер, что препятствует маркированию метрической единицы, например, в 9-10-11-12 строках. Особый композиционный принцип объединяет все строки в строфическое целое, отчетливо формируемое всеми рассмотренными элементами, которое отличается интонационной завершенностью.

Таким обра­зом, в уйгурском свободном стихе наблюдается резкая усложненность в соотношении между метрическими, строфи­ческими и синтаксическими единицами. В стихотворениях где рифма повторяется серийно и периодично, количест­во составляющих слогов остается неизменным. Трех-четырехсложные рифмы определяют весь характер ритмической организации стиха. В строках под номером 16-17-18-19 слоговой объем рифмы вместе с редифом составля­ет три слога, а в строках 36-37-38-39 и т. д. он со­ставляет 4 слога и тем самым образует самостоятельные тураки, которые преобладают над другими безрифменными тураками.

Совершенно очевидно, что серийное повторение рифмы в строках усиливает интонацию, изменяя ритмику стиха. Надо отметить, что в таких стихотво­рениях ритм определяется не соразмерностью, определен­ным количеством слогов и объединительными группами, а преобладанием конкретных тураков в стихотворении. В свободном стихе рифма приобретает две разные функ­ции. Одни рифмы выполняют основную композиционную функцию, а другие - вспомогательную. Основ­ные рифмы, как правило, завершают строфу, придавая ей целостный характер.

Подчеркивая значение рифмы, В. Жирмунский писал: «Объединяя одинаковым созвучием два разных слова" за­мыкающих стих, рифма выдвигает эти слова по сравнению с остальными, делает их центрами внимания и сопостав­ляет их в смысловом отношении друг с другом. Поэтому весьма существенным фактором поэтического стиля явля­ется выбор рифмующих слов и их взаимоотношение с точ­ки зрения значения» [2, 290].

Усиление смысловой, ритмической, строфической и графической, т.е. стихоорганизующей функции рифмы не могло не отразиться на ее внутренней структуре. Современные поэты модернисты все больше и больше употребляют неточные приблизительные рифмы. Активно применяется так называемая грамматическая рифма, которую никак не учитывал М. Хамраев [4, 39-40]. В произведениях молодых авторов наблюдаются без­рифменные стихи. Они отказываются от традиционных подходов к стиху и в форме, и в содержании.

Авазиңдин

пурап турар

Назугумниң көйгән қени

Долқунларниң һувлашлири

Авазиңда. [5, 375]

(А. Осман)

Как видно, в этом стихотворении нет рифму­ющихся слов. Для автора эпифорические повторы не име­ют существенного значения. Он активно нарушает устано­вившуюся традицию и создает новое качество ритма. Стих Ахмеджан Османа по всем компонентам - свободный. Он как бы противопоставлен господствующей системе. Очень заметна неустойчивость функционирования турака, кото­рый, как известно, выступал основным ритмообразующим элементом силлабического стиха, а также наблюдается снижение ритмической и композиционной функции звуковых повторов.

В современной тюркской поэзии, наряду с традиционными силлабическими формами, наблюдается формирование нового типа сти­хосложения, где сильно выражена активность процесса внутренней деканонизации, благодаря которой достигается существенное разнообразие внутри стихового ритма.

В связи с вышеизложенными соображениями о свобод­ном стихе может возникнуть вопрос о применимости тра­диционного понятия рифмы к данной системе. Действи­тельно, в свободном стихе снижается функция рифмы как «вслед идущего», но совсем не исчезает. В русском литера­туроведении предложен термин «повтор», который приме­няется по отношению к верлибру. И поэтому функциони­руют такие термины, как «лексический повтор», «лексиче­ская анафора», «внутристрочный повтор» и т.д. На наш взгляд, эти термины отражают характер верлибра, потому что «речь все время идет о неустойчивости» и о непостоян­стве признака [2, 187].

Итак, можно говорить о том, что в звуковой организа­ции современного тюркского свободного стиха существу­ют две тенденции.

а) Организация стиха полностью зависит от рифменных повторов. Количество слов, которые рифмуются между собой, и их слоговая структура определяют ритмический характер всего стихотворения. Как обычно, в таких стихах исчезает объединительная функция других
слов и слогов, участвующих в стихе, которые могли бы составить отдельный турак, так же как рифмующие слова. При этом звуковые повторы в структуре стиха выполняют двоякую функцию. Это означает, что некоторые из них становятся доминантными. Как правило, к ним относятся сквозные и монорифмы. Некоторые рифмы имеют побочный характер. К ним можно отнести серийные и одинокие рифмопары.

б) При стихийной и свободной метро-ритмической организации стиха, где рифменные повторы становятся тоже менее существенными, звуковые повторы переходят в разряд второстепенных и факультативных.

Таким образом, в свободном стихе рифма постепенно движется к утрате своего терминологического, метрического и строфического значения, превращаясь в обычный звуковой повтор.

Рецензенты:

Оналбаева А.Т., д.п.н., профессор КазНПУ имени Абая, г. Алматы.

Жумагулова Б.С., д.п.н., доцент КазНПУ имени Абая, г. Алматы.