Электронный научный журнал
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,813

ОСОБЕННОСТИ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ СПЕЦИФИЧЕСКИХ МАРКЕРОВ ПРОЛИФЕРАЦИИ ТИРОЦИТОВ ПРИ ЦИРРОЗЕ ПЕЧЕНИ

Полякова Л.В. 1 Калашникова С.А. 1 Газарян К.Э. 1 Ваниев А.Г. 1 Фогель А.В. 1
1 Пятигорский медико-фармацевтический институт - филиал ФГБОУ ВО Волгоградского государственного медицинского университета Минздрава России
При наличии хронической печеночной недостаточности, на фоне цирроза печени развивается хроническая эндогенная интоксикация, что вовлекает в патологический процесс различные органы, включая щитовидную железу. Хроническое повреждение ткани щитовидной железы приводит к изменению адаптационных возможностей и может сопровождаться перестройкой паренхимы за счет пролиферации тироцитов. Целью исследования является определение закономерности распределения специфических маркеров пролиферации тироцитов при циррозе печени. Для исследования был использован аутопсийный материал 32 лиц мужского пола (ткань печени и щитовидной железы) с последующим стандартным гистологическим исследованием различных зон щитовидной железы. В дальнейшем проводили иммуногистохимическое исследование ткани щитовидной железы с использованием поликлональных антител специфичных факторов транскрипциитироцитов: тиреоидного фактора транскрипции (TTF-1) и фактора, кодирующего гены Pax8 (Pairedbox 8). По результатам исследования было установлено, что наибольшее количество иммунопозитивных клеток располагалось в нижней доле щитовидной железы, преимущественно в экстрафолликулярном эпителии. Анализ морфометрических критериев пролиферативной активности клеток выявил увеличение площади ядер тироцитов центральной и периферической зон, а также преобладание иммунопозитивных клеток к TTF-1 и Pax8 в центральной зоне. Таким образом, наиболее активные пролиферативные участки были выявлены в нижних дольках обеих долей железы центральной зоны при хронической эндогенной интоксикации, обусловленной циррозом печени.
цирроз печени
хроническая эндогенная интоксикация
щитовидная железа
регенерация
тиреоидный фактор транскрипции (ttf-1)
фактор транскрипции pax8.
1. Иванова А.М., Артемьева Т.Б., Фатеева Э.В. Офтальмопатология у шахтеров Кузбасса // Актуальные вопросы, особенности и лечение заболеваний глаз: материалы научно-практическойконференции (Кемерово, 15-16 октября 2015 г.). Кемерово, 2015. C. 14-19.
2. Кански Д. Клиническая офтальмология: систематизированный подход: пер с англ. / 2-е изд.. Wroclaw: Elsevier Urban & Partner, 2009. 944 с.
3. Williams K.M., Verhoeven V.J., Cumberland P., Bertelsen G., Wolfram C., Buitendijk G.H., Hofman A., van Duijn C.M., Vingerling J.R., Kuijpers R.W., Höhn R., Mirshahi A., Khawaja A.P., Luben R.N., Erke M.G., von Hanno T., Mahroo O., Hogg R., Gieger C., Cougnard-Grégoire A., Anastasopoulos E., Bron A., Dartigues J.F., Korobelnik J.F., Creuzot-Garcher C., Topouzis F., Delcourt C., Rahi J., Meitinger T., Fletcher A., Foster P.J., Pfeiffer N., Klaver C.C., Hammond C.J. Cumberland P. Prevalence of refractive error in Europe: the European Eye Epidemiology. Eur. J. Epidemiol. 2015. vol. 30. no 4. P. 305-15.
4. Wolfram C., Höhn R., Kottler U., Wild P., Blettner M., Bühren J., Pfeiffer N., Mirshahi A. Prevalence of refractive errors in the European adult population: the Gutenberg Health Study (GHS). Br. J. Ophthalmol. 2014. vol. 98. no7. P. 857-861.
5. Wu L.J., You Q.S., Duan J.L., Luo Y.X., Liu L.J., Li X., Gao Q., Zhu H.P., He Y., Xu L., Jonas J.B., Wang W., Guo X.H. Prevalence and associated factors of myopia in high-school students in Beijing. PLoS One. 2015. vol. 10 (3).
6. Агаева Ф.А. Патология органа зрения у работников нефтехимической промышленности (обзор литературы) // Oftalmologiya. 2017. №2 (24). С.112-116.
7. Калмыков Р.В., Каменских Т.Г. Офтальмопатология у работников цементного производства // Восток-запад. Точка зрения. 2014. № 1. С. 183-185.
8. Лазук П.В. Нозологическая структура глазной патологии пожарных и спасателей по данным предварительных и периодических осмотров в 2015-2017 гг. // Функционирование автоматизированной информационно-телекоммуникационной системы в целях повышения готовности Службы медицины катастроф Минздрава России к реагированию и действиям в ЧС: материалы научно-практической конференции (Москва, 27-28 ноября 2018 г.). М., 2018. С. 53-54.
9. Горблянский Ю.Ю., Яковлева Н.В., Хоружая О.Г. Организация и проведение обязательных медицинских осмотров работников. Ростов н/Д: РостГМУ, 2015. 187 с.
10. Бянкина И.Н., Панова И.Е., Леонова Е.С., Павленко О.А. Современные тенденции офтальмологической заболеваемости и состояния зрительного здоровья работников железнодорожного транспорта, обеспечивающих безопасность движения поездов // Пермский медицинский журнал. 2009. Т. 26. № 6. C. 127-131.
11. Леонова Е.С., Старостин В.А., Камаев И.А. О профилактической офтальмологической помощи работникам железнодорожного транспорта // Социальные аспекты здоровья населения. 2010. № 4. С. 1-9.
12. Атькова О.Ю., Леонова Е.С. Клинико-методологические аспекты организации офтальмологической̆ помощи работникам железнодорожного транспорта. Стандарты оказания офтальмологической помощи в негосударственных учреждениях здравоохранения ОАО «РЖД». М.: ГЭОТАР-Медиа, 2010. 214 с.
13. Бянкина И.Н., Панова И.Е., Леонова Е.С., Павленко О.А., Павленко А.П. Эпидемиологические аспекты патологии органа зрения у работников железнодорожного транспорта // Сб.научных статей: Новые технологии в офтальмологии. 2010. C. 40-42.
14. Куренкова Г.В., Лемешевская Е.П. Проблемы сохранения здоровья работников, обсуживающих железнодорожные тоннели Восточной Сибири // Бюл. Вост.-Сиб. науч. центра СО РАМН. 2013. № 3 (91). С. 89-93.
15. Куренкова Г.В., Борейко А.Н., Лемешевская Е.П. Влияние условий труда на заболеваемость подземных рабочих железнодорожного тоннеля // Сибирский медицинский журнал. 2009. № 8. С. 119-122.
16. Базилевич Я.П. Травматизм органа зрения у шахтостроителей и шахтёров Львовско-Волынского угольного бассейна и пути его профилактики: автореф. дис. … канд. мед. наук. Львов, 1974. 15 с.
17. Шураев А.Ф. Производственный глазной травматизм в Кузбассе // Вопросы клинической офтальмологии и глазного травматизма: сб. науч. тр. 1974. С. 221-223.
18. Зац Л.Б. Взрывная травма глаз у шахтёров: автореф. дис. … док. мед. наук. Сталино, 1956. 13 с.
19. Чемезов Е.Н. Безопасность подземных горных работ. Якутск: Издательско-полиграфический комплекс СВФУ, 2010. 359 с.
20. Окунева Ю.И. Средства индивидуальной защиты на угольных шахтах // Современные проблемы экологии: материалы XIV Международнойнаучно-техническойконференции (Тула, 17 октября 2016 г.). Тула, 2016. С. 88-91.
21. Григорьев Ю.А., Баран О.И. Факторы предрасположенности к производственному травматизму // Многопрофильная больница: проблемы и решения: материалы III Всероссийскойнаучно-практической конференции (Ленинск-Кузнецкий, 9-10 сентября 2010 г.). Ленинск-Кузнецкий, 2010. С. 20-21.
22. Артемьева Т.Б., Фатеева Э.В. Глаукома как медико-социальная проблема у работающих угольных предприятий // Многопрофильная больница: проблемы и решения: - материалы XVII Всероссийской научно-практической конференции (Ленинск-Кузнецкий, 19-20 сентября 2013 г.). Ленинск-Кузнецкий, 2013. С. 260-261.
23. Петров Г.П., Петров А.Г., Одинцева О.В. Состояние профессиональной заболеваемости шахтеров // Актуальные вопросы современнойфармации: межрегиональный сборник материалов научно-практической конференции (Кемерово, 17-18 октября 2013 г.). Кемерово: Кузбассвузиздат, 2013. С. 93-97.
24. Fishman R.S. Dark as a dungeon: the rise and fall of coal miners "nystagmus". Arch. Ophthalmol. 2006. vol. 124 (11). P. 1637-1644.
25. Varyvonchyk D.V., Blagun I.V. [Characteristics of visual analyzer in difficult lighting conditions of coal mines]. Collection of scientific papers of employees NMAPO P. L. Shupyka. 2016. vol. 25. P. 95-104.
26. Сюрин С.А. Буракова О.А. Особенности общей и профессиональной патологии горняков апатитовых рудников крайнего севера // Медицина труда и промышленная экология. 2012. № 3. С. 15-19.
27. Измеров Н.Ф. Профессиональная патология. Национальное руководство. М., 2011. 784 с.
28. Андреева-Галанина Е.Ц., Алексеев С.В., Кадыскин А.В., Суворов Г.А. Шум и шумовая болезнь. Львов, 1972. 303 с.
29. Бусленко Е.А. Характеристика ранних изменений органа зрения урабочих, связанных с местной вибрацией в судоремонтной промышленности // V Всесоюзный съезд офтальмологов. 1979. Т. 5. С. 38-39.
30. Малышева С.С. Клинико-функциональные критерии глазного симптомокомплекса системного ангиотрофоневроза при вибрационной болезни: автореф. дис. … канд. мед. наук. Екатеринбург, 2017. 24 с.
31. Медведовская Ц.П., Павлюк А.Ф. О функциональном состоянии зрительного анализатора у лиц, подвергающихся воздействию общей низкочастотной толчкообразной вибрации // Гигиена и санитария. 1973. № 3. С. 42-46.
32. Бузало А.Ф. Изменение органа зрения при вибрационной болезни // Материалы IV съезда офтальмологов СССР. Киев, 1973. С. 97-98.
33. Чагелишвили А.Д. Влияние вибрации на орган зрения: автореф. дис. … док. мед. наук. Тбилиси, 1973. 56 с.
34. Малышева С.С., Петров С.А. Морфо-функциональная характеристика органа зрения у пациентов с вибрационной болезнью // Офтальмология. 2014. Т. 11. № 4. С. 47-53.
35. Можеренков В.П., Чемный А.Б. Изменения органа зрения при воздействии вибрации // Офтальмологический журнал. 1982. № 3. С. 180‑182.
36. Toprak A.B., Yilmaz O.F. Relation of optic disc topography and age to thickness of retinal nerve fibre layer as measured using scanning laser polarimetry, in normal subjects. Br J Ophthalmol. 2000. vol. 84 (5). P. 473‑478.
37. Agarwal H.C., Gulati V., Sihota R. The normal optic nerve head on Heidelberg Retina Tomograph II Ind.J. Ophthalmol. 2003. vol. 51.no 1. P. 25‑33.
38. Бабанов С.А. Профессиональные поражения органа зрения: современное понимание и диагностика // Санитарный врач. 2015. № 5-6. С. 11-23.
39. Мухин Н.А., Бабанов С.А., Фомин В.В. Профессиональные болезни. М.: ГЭО-ТАР-Медиа, 2018. 576 с.
40. Хлюстова Л.В., Петраевский А.В., Широкова Н.В. Условия труда и состояние органа зрения работников различных профессиональных групп // Сибирское медицинское обозрение. 2012. № 6. С. 55-58.
41. Бабанов С.А. Профессиональные поражения органа зрения // Медицинская сестра. 2018. № 7. С. 7-12.
42. Бабанов С.А. Профессиональные заболевания органа зрения, связанные с воздействием физических факторов // Русский медицинский журнал. Клиническая офтальмология. 2015. № 2. С. 89-94.
43. Алиева З.А., Нестеров А.П., Скрипниченко З.М. Профессиональная патология органа зрения. М.: Медицина, 1988. 288 с.
44. Кочергина К.А., Жданова Е.А. К вопросу негативного влияния шумовой нагрузки на психофизиологию человека в производственном процессе /К.А. Кочергина // Вектор науки тольяттинского государственного университета. 2012. № 2. С. 71-74.
45. Kumah D.B. Ocular Conditions among Small Scale Miners in Selected Communities in the Ashanti Region of Ghana. BAOJ Medical & Nursing. 2015.vol. 2 (1): 010
46. Ovenseri-Ogbomo G., Ocansey S., Abu E., Kyei S., Boadi-Kusi S. Oculo-Visual Findings among Industrial Mine Workers at Goldfields Ghana Limited, Tarkwa. Ophthalmol Eye Dis. 2012. vol. 4. P.35-42.
47. Ocansey S., Ovenseri-Ogbomo G., Abu E., Kyei S., Boadi-Kusi S. Self–reported eye disorders and visual hazards among Ghanaian mine workers. Journal of Medical and Biomedical Sciences. 2012. vol. 1 (3). P. 37-45.
48. Varyvonchyk D.V., Blagun I.V. Ophthalmic morbidity of underground workers in coal mines, as a result of periodic medical examinations. Actual questions of diagnostics, treatment and prevention of occupational diseases in Ukraine. Proceedings of the scientific-practical conference; 2016 September 16, Kvyvyi Rih, Ukraine. 2016. P. 36-40.
49. Varyvonchyk D.V. [Dry eye syndrome at workers of the coal mine]. International scientific and practical journal «Ophthalmology». 2017. vol. 2 (06). P. 75-83.
50. Blagun I.V., Varyvonchyk D.V., Vitovska O.P. The risk factors of dry eye syndrome at workers of coal mine. Ophthalmic HUB. Materials scientific and practical conferences (2018, March 30-31, Kiev, Ukraine). 2018. P. 14-16.

В настоящее время для оценки пролиферативной активности клеток используется множество ядерных маркеров, которые нередко являются неспецифичными и свидетельствуют о вступлении клетки в фазу репликации. Наиболее известными являются такие факторы клеточной пролиферации, как PCNA, Ki-67, PHH3, последний из которых, по данным исследователей, дает наименьшее число ложноположительных результатов [1]. Однако оценить направленность пролиферативных процессов в результате физиологической регенерации или репарации в определенных тканях по-прежнему проблематично. Наиболее высокой пролиферативной активностью и способностью к полноценному восстановлению обладают эпителиальные ткани, где исключением не является железистый эпителий, в том числе и щитовидной железы (ЩЖ) [2].

Известно, что фолликулярный эпителий является высокочувствительным к различного рода негативным влияниям и реагирует изменением синтеза гормонов с развитием морфологических изменений в паренхиме ЩЖ, что приводит к нарушению тиреоидного гомеостаза [3]. Определить способность к восстановлению тироцитов при утрате клеток фолликулярного и экстрафолликулярного эпителия возможно, оценив распределение основных маркеров пролиферации тироцитов. Известно, что к таковым относят тиреоидспецифический фактор транскрипции (thyroidtranscriptionfactor-1 (TTF-1)), который находится в тесном взаимодействии с другим фактором транскрипции, относящимся к семейству генов Pax8 (Pairedbox 8), участвующим в перестройке щитовидной железы, путем дифференциации тироцитов по определенному фенотипу [4, 5]. Однако Pax8 может быть выявлен в эмбриональных тканях почек, нервной системы, что свидетельствует о его локализации в различных клетках, включая и зрелые тироциты [6]. Показано участие Pax8 совместно с TTF-1 в регуляции синтеза тироглобулина, тиропероксидазы и транспортера йода.

Таким образом, достоверно оценить пролиферативную активность тироцитов возможно при совместном определении Pax8 и TTF-1, в то время как направленность данного процесса и топография иммунопозитивных клеток к маркерам транскрипции остаются не ясными.

Цель исследования заключается в определении закономерности распределения специфических маркеров пролиферации тироцитов при циррозе.

Материал и методы исследования. В рамках стандартного гистологического исследования был использован аутопсийный материал (ткани ЩЖ и печени) от 32 лиц 40–45 лет мужского пола, где наличие цирроза печени верифицировалось при окраске гематоксилином и эозином, также при окраске по ван Гизону. Нами были отобраны только те случаи, в которых наблюдались ремоделирование печеночной паренхимы с образованием узлов регенерации, массивной пролиферации соединительной ткани, а также наличие участков жировой дистрофии гепатоцитов, так как в большинстве случаев лица среднего возраста имели алкогольную этиологию заболевания, где первичным было развитие жирового гепатоза. Также наиболее распространенной причиной развития цирроза печени у лиц данной возрастной группы было наличие в анамнезе вирусного гепатита В или гепатита С. С целью исключения влияния половых гормонов и выявления гендерных различий нами были выбраны лица одного (мужского) пола. Таким образом, критериями включения в группу исследуемых лиц были: мужчины среднего возраста, наличие цирроза печени и печеночной недостаточности (по клиническим данным), отсутствие в анамнезе эндокринных заболеваний. Причиной смерти во всех случаях согласно медицинскому свидетельству о смерти было кровотечение из варикозно расширенных вен пищевода. Учитывая, что гистологическое исследование входит в стандарт патолого-анатомического исследования органов при аутопсии, нами был произведен скрининговый отбор случаев с наличием перестройки тиреоидной паренхимы различной степени выраженности, что составило 77,3% всех случаев. При окраске ткани ЩЖ гематоксилином и эозином наблюдалось наличие мелкоузловых образований, которые располагались преимущественно в нижней доле щитовидной железы и отграничивались тонкими прослойками соединительной ткани. Однако определить степень пролиферации тироцитов, их распределение в ткани ЩЖ, а также достоверно судить о наличии клеток, вступивших в фазу деления, при стандартном гистологическом исследовании не представляется возможным. В связи с этим нами было выполнено иммуногистохимическое исследование непрямым иммунопероксидазным методом с использованием поликлональных антител к Pax8 и TTF-1 с системой визуализации на основе диаминобензидина (DAB) (фирмы Spring Bioscience, США) согласно рекомендуемому протоколу фирмы-производителя. Затем производили микрофотосъемку с помощью микроскопа Leica DM 1000 и программного базового пакета «Leica Application Suite» (Leica, Германия). Анализ распределения маркеров пролиферации тироцитов проводился с учетом зональности щитовидной железы – центральная и периферическая зоны, а также с учетом верхней, средней и нижней частей каждой доли, где границей между ними служила условная линия, расположение которой связано с особенностями микроциркуляторного русла ЩЖ.

Морфометрическое исследование проводили с использованием инструментов программного обеспечения «Leica Application Suite», определяли площадь ядер иммунопозитивных клеток к TTF-1 (STTF-1,мкм2), площадь ядер иммунопозитивных клеток к Pax8 (SPax8, мкм2), площадь ядер иммунонегативных тироцитов в группе TTF-1 и Pax8 (SnegTTF-1 и SnegPax8, мкм2), площадь тироцитов (S, мкм2), ядерно-цитоплазматическое соотношение (ЯЦО), рассчитанное по формуле: ЯЦО = Sя/Sц (где Sя – площадь ядра, Sц – площадь цитоплазмы), процент иммунопозитивных клеток в поле зрения для каждого случая. Кроме этого, для достоверного включения периферической и центральной зон определяли диаметр фолликулов (D, мкм). Статистическая обработка результатов производилась в программе Statistica версии 13.0.

Результаты исследования и их обсуждение. В проведенных нами ранее исследованиях при окраске гематоксилином и эозином выявлены закономерности перестройки ткани ЩЖ на фоне хронической эндогенной интоксикации, обусловленной гепатофиброзом/циррозом [7].

При проведении иммуногистохимического исследования выявлены особенности распределения иммунопозитивных клеток к тиреоидным факторам транскрипции. Следует отметить, что при определении количества иммунопозитивных тироцитов к Pax8 клетки определялись как в интрафолликулярном, так и в экстрафолликулярном эпителии (рис. 1А, Б).

При этом позитивное окрашивание тироцитов наблюдалось в островках экстрафолликулярного эпителия, где в основном был представлен паренхиматозный компонент, а не за счет дочерних фолликулов согласно классическому пути образования фолликулов. Иммунопозитивные клетки к Pax8 распределялись неравномерно в зависимости от зональности ЩЖ. В периферической зоне, где фолликулы были крупнее и содержали значительное количество коллоида, наибольшее число иммунопозитивных клеток наблюдалось со стороны экстрафолликулярного эпителия, в то время как фолликулярный эпителий имел отдельные иммунопозитивные клетки, часть из которых давала ложнопозитивное окрашивание.

А

Б

Рис. 1. Распределение иммунопозитивных клеток к Pax8 в периферической (А) и центральной (Б) зонах нижней доли щитовидной железы. Ув. 10, об. 20

Также при сопоставлении структуры интрафолликулярного эпителия и наличия иммунопозитивных клеток к Pax8 было установлено, что эпителий имел уплощенную или кубическую форму, что косвенно свидетельствовало об эутиреотическом состоянии, а единичные клетки вступали в фазу деления. Наличие иммунопозитивных клеток к Pax8 интрафолликулярного эпителия можно объяснить способностью к физиологической и высокой репаративной регенерации всех эпителиальных тканей. При анализе строения центральной зоны ЩЖ было установлено, что диаметр фолликулов был меньше по сравнению с периферической зоной, эпителий имел кубическую форму, количество иммунопозитивных клеток было значительно больше по сравнению с периферической зоной.

В островках экстрафолликулярного эпителия практически все клетки имели иммунопозитивную реакцию к Pax8, что свидетельствовало о высокой пролиферативной активности тироцитов. В сформированных фолликулах интрафолликулярный эпителий также сохранял пролиферативную активность, при этом количество иммунопозитивных клеток к Pax8 напрямую зависело от диаметра фолликула (мелкие фолликулы имели большее количество иммунопозитивных клеток), что может служить источником формирования так называемых радиальных узелков центральной зоны и не противоречит данным литературы. Однако результаты иммуногистохимического исследования при использовании Pax8 нельзя оценить однозначно, так как Pax8 отводится роль в синтетической функции тироцитов, что может свидетельствовать об усилении транспорта йода за счет продукции тиропероксидазы и тироглобулина и, следовательно, давать иммунопозитивную реакцию.

В связи с этим дальнейшее исследование было направлено на изучение распределения иммунопозитивных клеток к TTF-1 в ткани ЩЖ. Так, в периферической зоне отмечалось наличие иммунопозитивных клеток в интрафолликулярном эпителии, которые чередовались с клетками в стадии покоя, при этом их количество не зависело от диаметра фолликулов; в равной степени они были выявлены как в мелких, так и в крупных фолликулах. Со стороны экстрафолликулярного эпителия были выявлены единичные клетки к TTF-1 (рис. 2 А, Б).

При анализе центральной зоны определялось значительное количество иммунопозитивных клеток к TTF-1, которые располагались как диффузно, так и группами, образовывая островки экстрафолликулярного эпителия. Кроме этого, пролиферация клеток наблюдалась со стороны фолликулярного эпителия, где отмечались образование подушечек Сандерсона и формирование дочерних фолликулов, что не противоречит полученным нами ранее данным [7].

При морфометрическом исследовании было установлено, что диаметр фолликулов периферической зоны ЩЖ был в 2,6 раз больше, чем центральной зоны, что связано с депонированием коллоида.

А

Б

Рис. 2. Распределение иммунопозитивных клеток к TTF-1 в периферической (А) и центральной (Б) зонах нижней доли щитовидной железы. Ув. 10, об. 20

Существенно отличались показатели пролиферации тироцитов в центральной и периферической зонах. Количество иммунопозитивных клеток к TTF-1 в центральной зоне было в 1,4 раза больше, чем в периферической, что объясняется наличием мелких фолликулов и островков экстрафолликулярного эпителия, которые участвуют в фолликулогенезе ЩЖ. Количество иммунопозитивных клеток к Pax8 в периферической зоне не имело статистической значимости по сравнению с количеством иммунопозитивных клеток к TTF-1 (р>0,05), в то время как в центральной зоне процент иммунопозитивных клеток к TTF-1 существенно превышал показатели таковых к Pax8 – в 1,7 раза (p<0,05), таблица 1.

При сравнении морфометрических показателей площади ядер иммунопозитивных клеток к TTF-1 и Pax8 достоверных отличий выявлено не было как в центральной, так и в периферической зонах ЩЖ. Сопоставление площади ядер иммунопозитивных и иммунонегативных клеток показало, что STTF-1и SPax8 существенно отличались, площадь ядер иммунопозитивных клеток к TTF-1 и Pax8 увеличивалась в 1,1 и 1,3 раза соответственно (p<0,05). Площадь тироцитов зависела от функционального состояния и фазы клеточного цикла. Так, клетки в период покоя (G0) имели меньшую площадь, чем клетки, вступившие в фазу деления. Данный факт подтверждался наличием иммунопозитивных клеток к специфическим факторам транскрипции, что, по-видимому, связано с усилением белково-синтетических процессов. При оценке ЯЦО иммунопозитивных клеток к TTF-1 и Pax8 достоверных отличий выявлено не было, что свидетельствует о достоверности полученных данных и эффективности использования данных маркеров для определения направленности пролиферативной активности тироцитов (p<0,05).

Таблица 1

Морфометрические показатели тиреоидной паренхимы при хронической эндогенной интоксикации на фоне цирроза печени (M±m)

Морфометрические показатели

Зоны щитовидной железы

Центральная зона

Периферическая зона

Диаметр фолликулов, мкм

74,51±7,3

196,74±42,83*

Количество иммунопозитивных клеток TTF-1, %

31,1±0,9

27,27±0,7*

Количество иммунопозитивных клеток Pax8, %

18,36±0,3

26,09±0,8*

STTF-1, мкм2

25,54±1,7

27,38±2,1

SPax8, мкм2

27,97±2,27

27,79±6,3

SnegTTF-1

22,45±1,3

21,84±2,6

SnegPax8 , мкм2

21,48±1,2

20,16±2,1

SтироцитовTTF-1, мкм2

71,91±5,1

85,78±7,3*

SтироцитовPax8, мкм2

75,17±2,1

86,49±3,7*

ЯЦОтироцитовPax8

0,55±0,1

0,50±0,1

ЯЦОтироцитовTTF-1

0,64±0,2

0,51±0,1

* статистически значимые показатели центральной и периферической зон (достоверность р≤0,05)

Заключение. Соматическая патология, сопровождающаяся синдромом хронической эндогенной интоксикации, приводит к развитию полиорганной недостаточности с вовлечением органов эндокринной системы, что выражается в их морфофункциональной перестройке. Так, компенсаторно-приспособительные процессы ткани ЩЖ к негативным воздействиям происходили за счет наиболее мобильного компонента в отношении репаративных возможностей – эпителиальной ткани (тироцитов). Однако регенерация тироцитов происходила неравномерно: наибольшему влиянию подвергались участки нижних долек ЩЖ, что проявлялось в увеличении числа иммунопозитивных клеток к специфическим тиреоидным факторам транскрипции (TTF-1 и Pax8). Учитывая разнонаправленность значимости данных маркеров, обосновано их сочетанное использование для выявления пролиферативных процессов в ЩЖ. Также с учетом зональности ЩЖ выявлены наиболее «активные» участки, которые располагались в центральной зоне каждой доли и могут служить источником образования новых фолликулов.


Библиографическая ссылка

Полякова Л.В., Калашникова С.А., Газарян К.Э., Ваниев А.Г., Фогель А.В. ОСОБЕННОСТИ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ СПЕЦИФИЧЕСКИХ МАРКЕРОВ ПРОЛИФЕРАЦИИ ТИРОЦИТОВ ПРИ ЦИРРОЗЕ ПЕЧЕНИ // Современные проблемы науки и образования. – 2019. – № 3.;
URL: http://science-education.ru/ru/article/view?id=28831 (дата обращения: 05.06.2020).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074