Электронный научный журнал
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,931

РОССИЙСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ (ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ)

Максимова Л.А. 1 Лямцева Л.В. 1
1 ФГ БОУ ВПО «Сыктывкарский государственный университет», Сыктывкар, Республика Коми, Россия
Теория модернизации в статье рассматривается в системе объяснительных моделей для анализа современных тенденций развития страны. Выявлены дискуссионные проблемы как в трактовке содержания самого термина «модернизация», так и в сферах его применения. Авторы исходят из убеждения о том, что не следует ни отрицать теорию модернизации в ее современных версиях, ни заниматься ее апологией. Потребность в этой теории обусловлена необходимостью комплексного междисциплинарного подхода к исследованию проблемы трансформации традиционного общества в современное.
модернизация
псевдомодернизация
терминология
догоняющая модель модернизации
универсализация
1. Китай: универсальная модель модернизации? Материалы научного семинара «Современные проблемы развития» // Мировая экономика и международные отношения. - 2009. - № 8. - С. 69-81.
2. Клямкин И.М. Постмодернизм в традиционалистском пространстве // Полис. - 2004. - № 1. - С. 18-24.
3. Красильщиков В.А. Модернизация: зарубежный опыт и уроки для России // Модернизация России: условия, предпосылки, шансы. - Вып. 1. Стратегические проблемы модернизации. - М. : Центр исследований постиндустриального общества, 2009. - 240 с.
4. Мартьянов В.С. Один модерн или «множество»? // Полис. - 2010. - № 6. - С. 41-53.
5. Паин Э.А. Исторический «бег по кругу» (попытка объяснения причин циклических срывов модернизационных процессов в России // Общественные науки и современность. - 2008. - № 4. - С. 5-20.
6. Российская модернизация: проблемы и перспективы (материалы круглого стола). // Вопр. философии. - 1993. - № 7. - С. 3-39.
7. Согрин В.В. Современная российская модернизация: этапы, логика, цена // Вопр. философии. - 1994. - № 11. - С. 3-18.
8. Федотова В.Г. Модернизация «другой Европы». - М. : ИФ РАН, 1997. - 256 с.
9. Федотова В.Г. Российская история в зеркале модернизации // Вопр. философии. -2009. - № 12. - С. 3-18.
10. Федотова В.Г. Россия в глобальном и внутреннем мире // Мир России. - 2000. - № 4. - URL: http://hse.ru/jornals/wrldross/vo100-4/fedotova/htm ;
11. Штомпка П. Социология социальных изменений / пер с англ. под ред. В.А. Ядова. - М. : Аспект Пресс, 1996. - 416 с.
Проблема основательного и всестороннего исследования процесса модернизации имеет для современного российского общества не только чисто академический интерес. Она непосредственным образом связана с выбором будущей модели развития. В этих условиях возрастает значимость категориального аппарата исследования.

Теория модернизации появилась в середине ХХ в. В СССР модернизация трактовалась как техническое перевооружение и развитие отдельных отраслей промышленности и применялась только к современному периоду истории, то есть периоду после 1917 года.

Новая волна интереса к проблеме модернизации возникла в начале 90-х гг. ХХ в. Этот интерес был обусловлен тем, что элиты практически всех постсоциалистических стран, в том числе и России, сделали ставку на модернизацию. Любая критика теории модернизации в тех условиях расценивалась как «враждебная реформам» [7].

Можно говорить о появлении своеобразной моды на теорию модернизации в отечественной науке того времени. В обсуждении проблемы принимают активное участие философы, историки, экономисты, политологи. Публикуются монографии, статьи, проводятся круглые столы и конференции.

В.В. Согрин отмечал, что среди ученых-обществоведов существуют различия в выборе объяснительных моделей для анализа происходящих в России перемен. Меньше всего сторонников у формационного подхода, некогда доминирующего в отечественном обществоведении. Исследователь подчеркивал, что больше сторонников у теории «революции элит», которая акцентирует внимание на конфликтах разных слоев верхнего класса общества как первопричине радикальных перемен. Что же касается наиболее популярных объяснительных моделей, то среди них заметна теория модернизации [7].

М.П. Чешков полагал, что теория модернизации как бы переживает свое новое, второе издание. Основание для второго рождения исследователь видит как в отражении идеи и концепции постмодернизации, так и в «корпусе» самой этой теории, восходящей к идее новации. Тем не менее он выражал опасения, что данная теория вновь обретает свое генерализирующее значение и будет претендовать на роль некой общей теории развития [6].

В трактовке содержания термина «модернизация» среди российских ученых первоначально выявились разногласия. Некоторые исследователи были склонны понимать под модернизацией любые обновленческие реформы, которые используются для придания обществу поступательного развития (в связи с этим примеры модернизации обнаруживали чуть ли не в древнем Риме, а в России уже во времена Ивана Грозного и Петра I [4; 7]. При таком крайне расширительном толковании понятие «модернизация» становится синонимом понятия «трансформация». Однако большинство исследователей под модернизацией понимает переход от традиционного общества к индустриальному, современному либо как форму перехода от традиционной цивилизации к либеральной [6]. Модернизация в контексте современной методологии рассматривается как комплекс социальных, экономических, политических, культурных и интеллектуальных трансформаций.

В вопросе о сфере применения самого термина «модернизация», о разрыве и преемственности российского модернизационного цикла также не сложилось единого мнения. Одни исследователи считают возможным использовать понятие «модернизация» применительно к истории России как до, так и после Октября 1917 г. В частности, И.М. Клямкин считал, что на протяжении всей своей истории Россия дважды делала громадный рывок вперед (при Петре I и Сталине). И в обоих случаях, по его мнению, население использовалось не в качестве чего-то самоценного, а как один из ресурсов власти. Это удавалось потому, констатировал И.М. Клямкин, что тогда речь шла по сути о простом заимствовании чужого опыта, чужих технологий, причем было ясно, и что именно заимствовать, и то, что заимствованное за 10 лет не устареет [2].

В то же время были предприняты попытки определить специфику российской модернизации и ее место в общемировом модернизационном процессе. В 1990-е годы российскую модернизацию называли вестернизацией, модернизацией сверху, имперской модернизацией, защитной, догоняющей и даже псевдомодернизацией [2]. Определение «псевдомодернизация» вызвало возражение. В частности, по мнению М.А. Чешкова, понятие «имитация» исключает родовую черту модернизации как новации, и поэтому реальный процесс преобразования такого - имитационного - рода не ложится в русло теории модернизации [2]. Наиболее распространенным при определении особенностей российской модернизации стало определение «догоняющая» или «мобилизационная» модернизация. Э.А. Паин выделил еще несколько популярных характеристик российской модернизации: «периферийная модернизация», «неравномерная модернизация», «скачкообразный характер модернизации», «мнимая (ложная) модернизация» [5]. Можно согласиться с мнением исследователя, что все перечисленные характеристики модернизации можно включить в общее понятие «фрагментарная модернизация». По мнению Э.А. Паина, в ходе «фрагментарной модернизации» не сформировались ключевые факторы, ответственные за переход общества с траектории «догоняющего» развития и «бега по кругу» на траекторию устойчивого развития [5].

Вместе с тем встречаются и мнения, что советский период не может рассматриваться через призму теории модернизации. Советский социализм характеризуется как структура антимодернизационная либо как ложная модернизация (Л.С. Васильев, М.А. Чешков) [6]. Как показатель ложной модернизации интерпретируется застой в политической системе при бурном развитии индустриализации. В частности, П. Штомпка на примере СССР и коммунистических стран Восточной Европы показал, что элементы современности, навязанные обществу авторитарной властью, причудливо сочетаются с наследием досовременных эпох, прикрытым символическими суррогатами институциональной модернизации. В этом смысле, по мнению автора, социалистическая модернизация мнима, т.к. в политической системе государств социалистического лагеря происходила лишь имитация перемен [11]. Однако с точки зрения неомодернизма, как указывалось ранее, модернизация может быть и фрагментарной.

В.Г. Федотова полагает, что индустриализм осуществился в двух формах - капиталистической и социалистической, а коммунизм дал вариант «догоняющего» развития [8; 9].

Современные российские исследователи (В.А. Красильщиков, Г. Драч, С.Ю. Малков, В.Г. Федотова) вслед за зарубежными авторами в конце ХХ - начале ХХI века пришли к выводу о необходимости отказа от «догоняющей модернизации» в пользу национальной на основе уже достигнутого во время догоняющей модернизации [10].

Развитие глобализации как нового мегатренда привело к тому, что исчез единственный образец, к которому нужно стремиться. Вследствие этого В.Г. Федотова полагает, что в современных условиях начинают преобладать национальные модели модернизации, основанные на вестернизации, на собственных приоритетах, трактовках и решении проблем развития каждой страной. Побочным следствием этой трактовки, по её мнению, является необходимость нового понятийного аппарата исследования истории. В.Г. Федотова предложила периодизацию российской истории на основе модернизационного критерия с целью дифференцировать абстрактные модели модернизации и выделить их конкретные проявления в российской истории. Данное исследование показало необходимость расширения и обновления категориального аппарата исследования истории в целом. К инновациям отечественных специалистов В.Г. Федотова отнесла концепты: «русская система» (Ю.С. Пивоваров, А.И. Фурсов), «ответственный класс» (Г. Елисеев, В. Елисеева), «серединная культура» (А.С. Ахиезер, А.П. Давыдов), «волны и циклы российской истории» (В.К. Пантин), «прецедентные феномены российской культуры» (В.Г. Федотова, Т.В. Шарнаускене), «константы культуры» (Ю.С. Степанов) и другие [9].

В то же время сохраняется и другой подход, согласно которому и «ранний и поздний модерн» по сути не может быть легитимен без одного ценностного элемента - широкого либерального консенсуса, легитимирующего модерное общество [4]. По мнению В.С. Мартьянова, в условиях глобализации модерна исследовательский акцент на уникальности и культурных отличиях разных регионов в наиболее типичной форме, выраженной в популярной концепции «множественной современности» (multiple modernities) Ш. Эйзенштадта, не позволяет познавать закономерности общественного развития, что является основной задачей социально-политических наук. Исходя из этих позиций, Мартьянов В.С. «множественную модерность» объявляет политкорректной формой свертывания ценностного проекта Модерна в пользу теории цивилизации [9] и в исследовании Модерна считает приоритетными процессы интеграции и универсализации.

Здесь следует указать позицию А.В. Виноградова, который указывает на то, что в современных методологических теориях, прежде всего в теории систем, «уникальное» также обрело закономерный характер, что открыло и новое понимание закономерности, и новую интерпретацию повторяемости, которая становится ключевым показателем типологического родства, принадлежности к одному классу [1].

Таким образом, большинство современных исследователей в ходе концептуального осмысления российской модернизации преодолели своеобразное методологическое запаздывание, характерное для отечественной науки начала 90-х годов ХХ века. Вместе с тем сохраняется необходимость дальнейшей разработки «понятийной» сетки, связанной с использованием теории модернизации с целью включения российской истории в европейский и глобальный модернизационный контекст. Несмотря на то что уже наработан значительный интересный материал в реконструкции истории модернизационных процессов в России, по-прежнему остается востребованной необходимость более активного проведения исследований междисциплинарного характера. Именно такие исследования позволят более эффективно сочетать событийную сторону модернизационных процессов в России с их концептуальным осмыслением.

Рецензенты:

  • Золотарев О.В., д.и.н., профессор, зав. кафедрой истории и экономической теории Коми Государственного педагогического института, г. Сыктывкар.
  • Жеребцов И.Л., д.и.н., директор Института языка, литературы и истории Коми научного Центра Уральского отделения РАН, г. Сыктывкар.

Работа получена 13.10.2011


Библиографическая ссылка

Максимова Л.А., Лямцева Л.В. РОССИЙСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ (ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ) // Современные проблемы науки и образования. – 2011. – № 5.;
URL: http://science-education.ru/ru/article/view?id=4822 (дата обращения: 19.06.2021).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074