Сетевое научное издание

Современные проблемы науки и образования

ISSN 2070-7428

"Перечень" ВАК

ИФ РИНЦ = 0,936

Введение

В современной педиатрии поиск универсальных маркеров, способных объективно отражать тяжесть патологического процесса на клеточном уровне, остается актуальной задачей. Традиционно нейронспецифическая енолаза (Neuron-Specific Enolase, NSE) рассматривалась узко – либо как онкомаркер нейроэндокринных опухолей (нейробластомы), либо как индикатор грубой деструкции вещества головного мозга у взрослых (ишемический инсульт, постреанимационная болезнь).

Однако накопленные за последнее десятилетие данные кардинально меняют этот взгляд. NSE – это гликолитический фермент (изоформа γγ и αγ), экспрессия которого является поздним событием нейрональной дифференцировки. Согласно фундаментальному обзору M.A. Isgrò et al. (2015) фермент локализован не только в центральной нервной системе (ЦНС), но и в клетках диффузной нейроэндокринной системы (APUD), широко представленных в легких, желудочно-кишечном тракте и поджелудочной железе. Это позволяет рассматривать NSE как интегральный маркер «нейроэндокринного неблагополучия» [1–3].

Цель исследования – систематизировать современные данные (2010–2026 гг.) о диагностической значимости нейронспецифической енолазы при широком спектре заболеваний детского возраста: от соматической патологии до критических состояний ЦНС.

Материал и методы исследования

Поиск, отбор и анализ публикаций осуществлялись в соответствии с протоколом PRISMA [4]. Поиск проводился в ведущих международных и российских электронных базах данных – PubMed/MEDLINE, Scopus, The Cochrane Library, а также в национальной информационно-аналитической системе eLibrary.ru (РИНЦ) и научной электронной библиотеке CyberLeninka. Предпочтение имели работы высокого качества: метаанализ, когортные исследования, систематические обзоры. Глубина поиска составила более 10 лет (с января 2010 по январь 2026 гг.). Для поиска использовались ключевые слова и их комбинации на русском и английском языках: нейронспецифическая енолаза, APUD-система, педиатрия, биомаркеры, референсные интервалы, соматическая патология, повреждение мозга; neuron-specific enolase, APUD system, pediatrics, biomarkers, reference intervals, somatic patholog, brain injury.

Критерии включения: 1) оригинальные когортные исследования и клинические случаи; 2) популяция – дети (0–18 лет); 3) предмет: уровень NSE при подтвержденной органической патологии (воспалительного, деструктивного, гипоксически-ишемического генеза).

Критерии исключения: 1) исследования, посвященные исключительно функциональным нарушениям, так как их патогенез не предполагает клеточной деструкции; 2) экспериментальные работы на животных.

Проведенный поиск идентифицировал 217 зарубежных и отечественных публикаций. Из них в данный обзор вошли 32 публикации.

Результаты исследования и их обсуждение

Референсные значения NSE в педиатрической популяции

Анализ исследования Ding Zhiyong и соавт. (2010) показал, что уровень сывороточной NSE у соматически здоровых детей имеет обратную корреляционную связь с возрастом (r= -0,399). Установлено, что референсные значения для детей раннего возраста (до 3 лет) достоверно превышают средние взрослые показатели, находясь в диапазоне 10–12 мкг/л, что связано с активным нейрогенезом, синаптогенезом и незрелостью гематоэнцефалического барьера, с последующим снижением к пубертатному периоду. Использование единой «взрослой» нормы без учета возрастной физиологии может приводить к ошибкам интерпретации, однако базовый физиологический уровень у детей все же значительно ниже порогов, характерных для онкологии или массивного некроза [5].

NSE при органической патологии желудочно-кишечного тракта

В блоке гастроэнтерологических исследований выявлена связь между уровнем NSE и структурными изменениями органов пищеварения.

Хронический гастродуоденит (ХГД) у детей традиционно рассматривается как локальное воспалительное заболевание. Однако исследования С.Х. Домбаян и И.В. Пановой (2019, 2020) доказывают, что ХГД является системной нейроэндокринной патологией, где НСЕ выступает ключевым индикатором тяжести метаболических нарушений [2, 6]. Установлено, что уровень NSE при ХГД напрямую зависит от темпов физического развития ребенка. У детей с гармоничным развитием (1-я группа) отмечается умеренное повышение маркера – 10,1 [8,9; 11,2] мкг/л. У детей с задержкой физического развития (2-я группа) концентрация НСЕ достоверно выше и достигает 13,4 [11,8; 15,1] мкг/л (p < 0,01). Также отмечена патофизиологическая картина «катаболического сдвига». То есть хроническое воспаление слизистой оболочки гастродуоденальной области вызывает гиперактивацию интрамуральных ганглиев и APUD-клеток, что повышает уровень NSE, который положительно коррелирует с уровнем кортизола и отрицательно – с уровнем инсулина и соматотропного гормона. Это подтверждает, что нейрогенное воспаление блокирует анаболические процессы, тормозя рост ребенка. Установлена обратная корреляционная связь средней силы между уровнем NSE и Z-score роста (r=-0,58). ROC-анализ показал, что уровень NSE > 11,8 мкг/л у ребенка с гастродуоденитом является предиктором риска задержки физического развития с чувствительностью 84%. Также определен конкретный диагностический порог уровня NSE >8 мкг/л. Превышение этого уровня увеличивает риск наличия ХГД у ребенка в 2,7 раза. Обнаружен уникальный паттерн – наиболее высокие цифры NSE (медиана 12,17 мкг/л) характерны именно для мальчиков с эрозивной формой ХГД. У девочек такой зависимости не найдено. То есть в исследованиях показано, что NSE при гастроэнтерологической патологии выступает не как маркер гибели нейронов мозга, а как индикатор системного нейрогенного воспаления, приводящего к возможному торможению ростовых процессов. Важное дополнение вносит исследование F. Yu et al. (2022), которое раскрывает этиологическую роль Helicobacter pylori. Доказано, что инфицирование H. pylori (особенно CagA-позитивными штаммами) вызывает достоверную гиперэкспрессию мРНК енолазы в слизистой оболочке желудка еще на стадии поверхностного гастрита (p=0,037). Это позволяет рассматривать NSE как ранний маркер метаболической перестройки эпителия в ответ на бактериальную инвазию [7].

Интересные данные получены в исследованиях Yan Ran (2024), в которых показано, что при врожденных пороках развития, болезни Гиршпрунга (аганглиоз) наблюдается парадокс: ганглиев нет, а NSE много, то есть зафиксирована гиперэкспрессия NSE (положительная реакция в 81,9% случаев) в тканях толстой кишки. Источником фермента в данной ситуации служат гипертрофированные патологические нервные стволы. Уровень тканевой экспрессии NSE прямо коррелирует с тяжестью сопутствующего энтероколита, подтверждая провоспалительную роль диспластичной нервной ткани [8].

Новейшие данные Liu Jie (2025) раскрывают механизм связи кишечника и мозга. При вирусных гастроэнтеритах происходит снижение пула Lactobacillus и Bifidobacterium, что ведет к выбросу провоспалительных цитокинов (IL-6, IL-1, NO) [9]. Цитокиновый шторм повышает проницаемость гематоэнцефалического барьера (ГЭБ), вызывая вторичное повышение NSE в крови.

Пульмонологический профиль: NSE при пневмониях, бронхолегочной дисплазии

Проведенные исследования подтверждают высокую чувствительность NSE к воспалительным процессам в легочной ткани. Масштабное исследование «случай-контроль» Li et al. (2024) подтвердило высокую значимость NSE в диагностике пневмонии у детей. Полученные в исследовании «случай-контроль» (129 детей) результаты определили конкретные референсные коридоры. Медианный уровень NSE в основной группе (17,8 нг/мл) достоверно превышал показатели контрольной группы (13,2 нг/мл; p=0,000). Выявлена прямая зависимость уровня биомаркера от тяжести заболевания: при тяжелой пневмонии медиана NSE достигала 27,38 нг/мл, тогда как при легком течении составляла 17,68 нг/мл (p=0,024). ROC-анализ показал, что диагностическая ценность NSE (AUC 0,714) превосходит таковую у традиционных воспалительных маркеров – СРБ и СОЭ [10]. Это коррелирует с данными Т.А. Гончаровой (2019) о роли NSE, уровень которой при пневмонии достигал 13–20 нг/мл и рассматривался как предиктор судорожного синдрома, что связано, по мнению автора, с развитием гипоксической энцефалопатии [11]. Как известно, эпителий бронхов содержит нейроэндокринные тельца Кульчицкого, разрушение которых при воспалении ведет к выбросу NSE. Авторы представленных работ предлагают также рассматривать патогенетическую роль самой ферментативной активности NSE. Являясь ключевым ферментом гликолиза, NSE способствует метаболическому сдвигу в очаге воспаления, активируя выработку провоспалительных цитокинов по механизму «порочного круга».

В работе Д.А. Вощинкиной и С.С. Суховольской (2022) указано на повышение NSE при новой коронавирусной инфекции, коррелирующее с тяжестью поражения респираторного тракта [12]. Авторы отмечают, что при COVID-19 источником NSE является как поврежденный эпителий бронхов (содержащий APUD-клетки), так и тромбоциты на фоне васкулита.

В неонатологической практике прогностическая ценность NSE подтверждена в отношении бронхолегочной дисплазии (БЛД). В исследовании Г.Н. Чистяковой и соавт. (2026) показано, что концентрация NSE в пуповинной крови коррелирует с тяжестью дыхательных расстройств по шкале Сильвермана – Андерсен. У новорожденных с тяжелым респираторным дистресс-синдромом уровень маркера достигал 24,7 [10,9; 80,3] мкг/мл, что достоверно выше, чем у детей с минимальными нарушениями – 15,1 [13,7; 20,5] мкг/мл. Высокие стартовые уровни NSE ассоциировались с формированием среднетяжелой и тяжелой форм БЛД к 28–30 суткам жизни [13]. То есть у недоношенных новорожденных повышение NSE при респираторном дистресс-синдроме отражает деструктивные процессы в незрелой легочной ткани. Выявленная корреляция высоких уровней NSE в пуповинной крови с последующим развитием БЛД позволяет рассматривать фермент как ранний маркер нарушения альвеолярно-капиллярного барьера и нейроиммунного воспаления.

NSE при эндокринной патологии

В работах Д.А. Алиджановой (2022) и В.В. Жигулиной (2021) показано, что при сахарном диабете 1 типа (СД1) средний уровень NSE достигает 19,5±13,7 мкг/л, что коррелирует с длительностью заболевания, когнитивным дефицитом, а также риском ранней диабетической энцефалопатии [14, 15]. Эти исследования раскрывают двойственную природу NSE при диабете. Во-первых, рассматривается «панкреатический источник»: β-клетки островков Лангерганса, отнесенные к APUD-системе; их аутоиммунная деструкция в дебюте диабета сопровождается выбросом NSE. Во-вторых, оценивается «церебральный источник» с позиции роли хронической гипергликемии, оказывающей токсическое действие на нейроны.

В исследованиях, посвященных аутоиммунному тиреоидиту, показано, что повышение активности NSE отражает вовлечение в процесс парафолликулярных С-клеток щитовидной железы и коррелирует со степенью склерозирования органа [16].

NSE как маркер критических состояний ЦНС

В неврологическом блоке исследований уровни NSE значительно превышали показатели соматической патологии, а динамика фермента приобрела ключевое прогностическое значение. У новорожденных уровень NSE является высокочувствительным индикатором гипоксически-ишемического поражения.

М.В. Ведунова (2015) и Г.М. Гурбанова (2022) независимо друг от друга фиксируют, что при судорожном синдроме и внутрижелудочковых кровоизлияниях (ВЖК) уровень NSE повышается в 2,5–3 раза, достигая значений 25–37 мкг/л и выше [17, 18].

И.И. Евсюкова (2021) указывает на повышение NSE в пуповинной крови у детей с задержкой внутриутробного развития, хронической гипоксией в 2–2,5 раза, что рассматривается автором в качестве предиктора отдаленных нарушений психомоторного развития [19]. И.Г. Логинова с соавт. (2022) показали, что повышенный уровень NSE (около 15 нг/мл) у детей с перинатальным гипоксическим ишемическим нарушением головного мозга может сохраняться до 6-месячного возраста, отражая прогредиентный апоптоз нейронов даже после купирования острых симптомов [20].

Систематический обзор I. Caramelo et al. (2023), включивший 30 исследований, подтвердил, что NSE является надежным маркером тяжести гипоксически-ишемической энцефалопатии (ГИЭ) в первые 72 ч жизни. Критически важно, что на фоне терапевтической гипотермии уровень NSE должен снижаться; отсутствие снижения является предиктором неблагоприятного исхода [21].

Практическую ценность уточняет работа S. Gang et al. (2024): уровень NSE в 1-е сутки жизни обладает высокой отрицательной прогностической ценностью (81,3%) при пороговом значении 86,8 мкг/л. Значения ниже порога с высокой вероятностью исключают тяжелый нейрокогнитивный дефицит в катамнезе [22].

Результаты метаанализа H. Kamińska et al. (2025), охватившего 388 пациентов, подчеркивают значительную прогностическую ценность биомаркеров в прогнозировании выживаемости и неврологических исходов после остановки сердца. В частности, NSE последовательно демонстрировала свою надежность в различных временных точках. Уровни NSE были постоянно повышены у пациентов, не выживших после остановки сердца, и у пациентов с неблагоприятными неврологическими исходами, при этом выраженные различия наблюдались на 2-й и 3-й дни. Было установлено, что нарастание NSE к 3-м суткам является абсолютным предиктором летального исхода [23].

В работах китайских ученых был сделан акцент на возможность использования NSE в дифференциальной диагностике судорожного синдрома при инфекционном процессе. В частности, Shi Xiaolei (2016) установил, что при вирусном энцефалите NSE превышает 30 мкг/л, тогда как при простых фебрильных судорогах и легких формах гастроэнтерита (BICE) уровень остается в пределах 12–14 мкг/л [24]. Yao Junqiang (2025) доказал, что ключевым драйвером судорог является норовирусная инфекция и выброс IL-6 [25]. По данным Liao Yi (2019), при тяжелых приступах судорог NSE может подниматься до 27 мкг/л [26]. Li Chun-mei (2022) определила, что уровень NSE > 15,79 мкг/л является предиктором рецидива судорог в течение года [27]. При этом нормальный уровень основного белка миелина в ликворе свидетельствует об отсутствии демиелинизации и благоприятном прогнозе [28]. В работах L. Jiang et al. (2025) установлено, что риск острого повреждения мозга и патологического выброса NSE резко возрастает при длительности приступа ≥ 10 минут или повторных эпизодах судорог [29].

J. Hu et al. (2025) выделяют NSE как специфический маркер сепсис-ассоциированной энцефалопатии (nSAE). В отличие от белка S100b, отражающего активацию глии, NSE указывает на прямую гибель нейронов вследствие нарушения гематоэнцефалического барьера [30].

Изучение NSE при черепно-мозговой травме (ЧМТ), проведенное В.В. Ступаком (2025), а также метаанализ S. Mondello (2025) подтверждают, что при тяжелых ушибах мозга уровень фермента превышает 70 мкг/л и коррелирует со смертностью [31, 32]. В частности, В.В. Ступак (2025) предложил алгоритм для детей старшего возраста. Прирост NSE на 15% свидетельствует об ушибе мозга легкой степени, а на 30% – средней степени, даже при отсутствии изменений на КТ. При тяжелых ушибах уровень фермента достигает 70 мкг/л и выше.

Основываясь на проанализированных данных, можно предложить рабочую шкалу стратификации рисков (при базовой норме NSE 8–12 мкг/л):

1. «Зона соматической тревоги» – уровень NSE 12–16 мкг/л: характерна для хронической соматической патологии (ХГД, пневмония средней тяжести); свидетельствует о тканевой гипоксии, воспалении APUD-системы и риске метаболических нарушений.

2. «Зона неврологического риска» – уровень NSE 16–25 мкг/л: состояния с риском перехода в органическое поражение ЦНС (осложненные фебрильные судороги, диабетическая энцефалопатия, тяжелая пневмония, легкая ЧМТ); требует нейропротекции.

3. «Зона органической катастрофы» – уровень NSE > 25–30 мкг/л: свидетельствует о массивной деструкции нейронов (тяжелая ГИЭ, энцефалиты, тяжелая ЧМТ).

Заключение

Таким образом, проведенный анализ литературы демонстрирует необходимость пересмотра узкой трактовки NSE. В педиатрической практике этот фермент выступает интегральным биомаркером «нейроэндокринного напряжения», реагирующим на широкий спектр стимулов – от локального воспаления в желудочно-кишечном тракте до критической гипоксии мозга. То есть отмечается смена парадигмы: от «мозгового» к «интегральному» маркеру. Повышение NSE при гастроэнтерологической, пульмонологической и эндокринной патологиях отражает деструкцию нейроэндокринных клеток (ганглиев ЖКТ, телец Кульчицкого, β-клеток поджелудочной железы, С-клеток щитовидной железы), позволяя дифференцировать органическую патологию от функциональной. Критически важно понимание, что высокие референсные значения NSE у детей первых лет жизни (до 10–12 мкг/л) имеют физиологическое обоснование. Это связано с функциональной незрелостью ГЭБ и активными процессами нейрогенеза. Использование взрослых норм без учета возраста может приводить к гипердиагностике. Внедрение в практику исследования нейроспецифической энолазы позволит педиатрам объективизировать тяжесть состояния больного и прогнозировать возможные осложнения.