Сетевое издание
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,940

РЕАЛИЗАЦИЯ КУЛЬТУРНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ СРЕДИ ЖЕНЩИН-ГОРЯНОК В ЧЕЧНЕ И ИНГУШЕТИИ В 20–30-Х ГГ. ХХ В.

Ахмадова М.П. 1
1 ФГБОУ «Чеченский государственный университет»
В статье рассматривается политика советской власти по реализации культурно-образовательной деятельности среди чеченок и ингушек в 1920-1930-е гг. Политика индустриализации, коренизации, национально-государственное строительство в Чечне и Ингушетии способствовала быстрому распространению грамотности и появлению национальной интеллигенции. Особые трудности были с обучением девочек, особенно в сельской местности. Число девочек, по мере перехода их в старшие классы, резко уменьшалось. Унифицированный подход к совместному обучению мальчиков и девочек, сталкивался с явным нежеланием посылать девочек в школу. До конца второй пятилетки процент девочек в школах был невысок. Вовлечение девочек и женщин в образовательный процесс встречало большие трудности. Против обучения женщин использовались веками укоренившиеся в быту традиции, что учить женщину не нужно.
национальная интеллигенция
профтехобразование
изба-читальня
ликвидация неграмотности среди чеченок и ингушек
культурная революция
1. АУПЧР. Ф. 238. Оп.1. Д. 59. Л. 122 – 124.
2. АУП ЧР. Ф. 264. Оп. 1. Д. 391. Л. 13, 14
3. АУПЧР. Ф. Р. 264. Оп.1. Д. 324. Л. 1.
4. Джамбулатова З.К. Культурное строительство в Советской Чечено-Ингушетии (1920-1940 гг.). Грозный, 1974. С.163.
5. Каратаева М.А. В борьбе за нового человека. – Грозный, 1979. – С. 68.
6. Народное образование на Северном Кавказе. – Ростов-н/Д., 1926. – С. 9.
7. Революция и горец. – 1933. - № 1-2. – С. 87.
8. Умаров М.У. По пути ко всеобщему среднему образованию. – Грозный, 1982. – С. 21.
9. Эльбуздукаева Т.У. Чечня и Ингушетия в 20-30-е гг. ХХ века: опыт модернизации. – М., 2011. – С. 337.
10. 10 лет советской Чечни. – Ростов-н/Д., 1933. – C. 147.
В 1920-1930-е гг.  в культурном развитии чеченцев и ингушей, как и других народов Северного Кавказа, произошли кардинальные перемены.

Политика индустриализации, коренизации, национально-государственное строительство в Чечне и Ингушетии способствовала быстрому распространению грамотности и появлению национальной  интеллигенции.  

В этот период наряду с демократизацией народного образования, уничтожением сословности школы закладывались идеи создания бесклассового общества, коммунистического строя, воспитания идейного человека - активного участника всемирной коммунистической революции.

Одним из необходимых условий социалистической модернизации явилось проведение культурной революции.

В решениях X съезда РКП (б) (март 1921г.) были определены важ­нейшие направления культурной революции: развитие школьного образования, подготовка национальных кадров квалифицированных рабочих и интеллигенции, развитие печати, расширение сети культурно-просветительных учреждений, ликвидация неграмотности среди взрослого населения, дать образование женщине.     

На съезде РКП(б) было принято постановление «Об очередных задачах партии в национальном вопросе», в котором подчеркивалась необходимость быстрейшего выравнивания уровня отставших народов и центральной России.  Достичь этой цели можно было преимущественно за счет помощи русского центра, способствовавшего развитию местной системы образования. 

Трудности школьного строительства в Чечне и Ингушетии были связаны с нехваткой учительских кадров, помещений, оборудования, учебников, учащиеся не имели одежды, обуви. Большая часть школ, функционировавших из-за отсутствия помещений открывались при мечетях, преподавали в них те же учителя, что и в религиозных школах.  

Школы были небольшими, имели по одному учителю, знавшему только арабскую графику. Абсолютное большинство учащихся составляли мальчики.

Девочек в Чечне училось всего 5 %, между тем, в соседней Северо-Осетинской автономной области в этот период девочки уже составляли около 30 % от общего числа учащихся [8].      

В 1925/26 учебном году на 6219 учащихся Чечни и Ингушетии приходилось лишь 440 девочек[6].

Обучение девочек превращалось в важную политическую задачу. На заседании Чеченского отдела народного образования (11октября 1929 г.) было принято решение  о раздаче пальто  девочкам-горянкам, учащимся школ. Но, в случае  ухода их из школ, пальто подлежало  возвращению.

В 1930 г. из 45 989 детей школьного возраста обучалось 26 886 человек, из которых 3 881 были девочки. К 1932 г. в Чечне в начальных и семилетних школах было следующее соотношение мальчиков и девочек: [7]

Таблица №1

Соотношение мальчиков и девочек в начальных и семилетних школах Чечни к 1932 г.

начальная школа

семилетняя школа

классы

всего /девочек

классы

всего/девочек

1 класс

2 класс

3 класс

4 класс

4983/1211

2787/432

1733/278

678 /129

5 класс

6 класс

7 класс

 

207/84

580/154

289/91

 

Данные таблицы указывают на значительный отсев девочек в старших классах.

В начале 1930 г. процент охвата детей школьного возраста обучением составлял 50,4%, к концу года он составил уже 57,3%. Охват учебой девочек вырос с 0,5 % в 1927 г. до 20%  в 1930 г.

С 1930 г. в СССР вводилось обязательное всеобщее начальное образование.      

Согласно сведениям Чечобкома ВКП (б) в 1933 г. начальной школой было охвачено 29,9 тыс. или 89,2 %, из них 8,6 тыс. девочек, что составляло 50 % девочек школьного возраста [9].

Завершив введение обязательного начального образования, Чечено-Ингушетия в годы второй пятилетки перешла к осуществлению обязательного семилетнего образования. Ведущим типом школ в городе и рабочих поселках стала  школа-семилетка.

На 1 января 1937 г. в республике имелись 355 начальных, неполных средних и средних школ, из них 287 сельских. В них обучалось 100832 человека [5].

Несмотря на значительные усилия, к концу второй пятилетки так и не удалось решить многие проблемы народного образования в Чечено-Ингушетии.  Охват детей школьного возраста  составлял приблизительно 86%, особенно  плохо ходили в школу девочки.  В 1936/37 учебном году почти половина девочек в селах не училась.

В целом, национальная школа оставалась школой чтения и письма, и давала элементарные навыки грамоты и счета.

Число девочек, по мере перехода их в старшие классы, резко уменьшалось. Из 19189 девочек, обучавшихся  в 5-7 классах сельских школ, осталось к концу 1939/40 учебного года только 4970 человек, т. е. 25 % к общему количеству учащихся этих классов [1].

Борьба за ликвидацию неграмотности взрослого населения была первой и главной задачей культур­ной революции. Лучшие партийные силы Чечни были мобили­зованы на ликвидацию неграмотности среди 120 тыс. человек, в том числе свыше 60 тыс. женщин-горянок [10].

18 июля 1921 г. вышло постановление СНК ГАССР «О ликвидации неграмотности», согласно которому все граждане республики от 14 до 30 лет в порядке государственного принуждения с 1 сентября 1921 г. должны обучаться грамоте на родном или русском языке.

В 1924 г. на II пленуме Ингушского обкома РКСМ по докладу «О работе комсомола в национальной деревне» было обращено большое внимание «на усиление работы комсомола среди учащихся девушек и вовлечение девушек-ингушек в культурные центры-ликпункты, избы-читальни, мастерские кройки и шитья, организацию ячеек только из девушек».

В Постановлении Президиума ЦИК СССР от 13 февраля 1925 г. «О правах трудящихся женщин Советского Востока и необходимости борьбы со всеми видами их закрепощения в области экономической  и семейно-бытовой»,  говорилось о привлечении девочек и девушек,  наравне с мужской молодежью,  в  общие  и  профессиональные  школы,  клубы  и   иные просветительные  учреждения.   

В 1926 г. по Чечне процент грамотности горянок был в 25 раз, а  в Ингушетии - в 9 раз ниже, чем у мужчин. С 1924-1925 гг. местные органы  развернули массовое обучение женщин.

В 1928 г. в 8 ликпунктах Чеченской области обучались 194 женщины, в школе I ступени в 1929 г. обуча­лись 888 девушек, в детгородке обучались 28 девочек, в вузах и техникумах в 1928/29 г. обучались 30 горянок [2].  

Чечня, несмотря на усилия властей, оставалась самой малограмотной областью в регионе. Количество неграмотных, среди которых необходимо было проводить работу, насчитывало 102 тысячи, из которых свыше 50 % были женщины [3].    

19 июля 1929 г. было принято постановление Крайисполкома «О состоянии народного образования среди горянок и националок». В указанном постановлении было предложено  «организовать краевые годичные курсы по подготовке горянок в рабфаки и техникумы, расширить сеть профтехобразования, организовать клубы горянок, красные уголки и т. д.

 Необходимо отметить, что в те годы вовлечение женщин в работу ликбезов встречало большие трудности. Распространенными были случаи, когда родители, брат или муж запрещали женщинам посещать ликпункты. Против обучения женщин использовались веками укоренившиеся в быту традиции, что учить женщину не нужно.

В связи с этим, большое значение в деле ликвидации неграмотности име­ла подготовка ликвидаторов неграмотности из числа самих женщин.

Культурная отсталость, почти поголовная неграмотность горянок, являлась основным препятствием их участия в общественной работе в ауле.

Первоочередной задачей практической работы с активом считалась ликвидация неграмотности. Для достижения этой цели Северокавказский  крайком  ВКП(б) в своей резолюции «О работе среди горянок» (1929г.) предложил политпросвету: а) организовать специальные бригады из грамотного актива горянок для работы их ликвидаторами неграмотности. Крайкому ВЛКСМ дать указания местам о прикреплении грамотных комсомольцев и пионеров  к отдельным горянкам для  индивидуальной ликвидации неграмотности среди горянок; б) обеспечить выполнение решения Бюро Крайкома о ликвидации неграмотности 50% горянок в текущем году; в этих целях организовывать месячные курсы ликвидаторов неграмотности в национальных областях.

Было предложено увеличить отчисление средств из культфонда на культработу среди горянок до 30 %, направляя эти средства на организацию и расширение клубов и ликпунктов, кооперативных кружков и курсов.

На 1 января 1938 г. в Чечено-Ингушетии оставалось 83-84 тысячи неграмотных (учет далеко не точный).  Малограмотных насчитывалось 30 тысяч человек.      

Процесс ликвидации неграмотности оказался сложнее, чем виделось вначале. В ликбез были легко втянуты те, кто сам стремился учиться, однако имелись  и такие, кто не понимал такой необходимости.

Отделы народного образования направляли женщин-горянок на учебу в рабфаки, на специальные курсы лик­видации неграмотности, на подготовительные группы СПШ, на медицинские курсы.

В 1924-25 гг. в Чеченской совпартшколе обучалось 24 женщины, в Ингушетии в
1927 г. - 30 женщин. В 1925-1929 гг. на различных курсах обучалось 237 чеченок и ингушек.

Всего в 1933 г. в средних и высших учебных заведениях Чечено-Ингушетии обучалось 6883 человек, в том числе 1535 чеченцев, из них 232 женщины.

В 1932 г.  в педагогических учебных заведениях обучалось около 90 чеченок и ингушек, что составляло 27 % по отношению к учащимся мужского пола [4].

В те же годы по направлению Отдела народного образования Ингушетии в Ленинградский институт восточных языков на арабское отделение поступили М.К. Куркиев и Д.С. Омархаджаев. Англо-турецкое отделение окончили Н.С. Базоркина и В.З. Кодзоева.

Повышению культурного уровня и политической пропаганды и агитации населения призваны были служить культурно-просветительские учреждения. В республике в 1920-1930 гг. создаются клубы, красные уголки, библиотеки, избы-читальни, театры, музеи, радио, призванные проводить политико-просветительскую и культурно-массовую работу среди населения.

Задачам социалистического преобразования общества служило и искусство.   

В начале 1920-х гг. в Грозном и в крупных чеченских селах возникают драматические кружки, которые разыгрывали небольшие пьесы и инсценировки из жизни чеченцев и ингушей: «Многоженство» (Козлова), «Самооборона», «Сыновья муллы» (М. Булгакова) и др.

Первые спектакли в Чечне были показаны еще в 1921 г., когда учительница-чеченка Марьям Исаева поставила детский спектакль «Урожай». Она поставила несколько импровизированных спектаклей. В ст. Ермоловская был поставлен спектакль «Женщина у руля», роли в котором были исполнены сельчанами.

В 1938 г.  в республике  имелось 3 театра, 14 кинотеатров, 51 стационарная киноустановка, 31 кинопередвижка, 23 радиоузла, 197 изб-читален, 89 массовых библиотек с фондом более миллиона книг, 89 клубных учреждений, работа которых способствовала культурному и духовному росту населения.

Анализ состояния народного образования в Чечне и Ингушетии в 1920-30-е гг. показывает, что, несмотря на издержки, наблюдался рост школ и учащихся в них.  Из года в год росло и финансирование народного образования. Школа становилась центром общественно-политической жизни районов, особенно горных.

Национальная школа оставалась школой чтения и письма, и давала элементарные навыки грамоты и счета. Эта ситуация усматривалась в плачевном состоянии педагогических кадров, их низкой квалификации, отсутствием жилья и пр.

Особые трудности были с обучением девочек, особенно в сельской местности. Унифицированный подход к совместному обучению мальчиков и девочек, сталкивался  с явным нежеланием посылать девочек в школу. До конца второй пятилетки процент девочек  в школах был невысок.

Подводя итоги деятельности по ликвидации неграмотности и малограмотности среди взрослого населения Чечено-Ингушетии нельзя не отметить реальные достижения в этой области. Однако неграмотных и малограмотных еще оставалась половина взрослого населения республики, еще выше процент неграмотных был среди женщин-горянок.

К концу 1930-х гг. республика получила    развернутую систему высших и средних специальных учебных заведений, которые могли удовлетворить острый голод в квалифицированных специалистах во многих областях науки и техники. 

Предоставление равных возможностей культурного развития и профессионального образования женщин и мужчин открыло перспективу для самореализации многим женщинам-горянкам.

Рецензенты

Дзидзоев В.Д., д.и.н., профессор кафедры новейшей истории и политики России ФГБОУ ВПО «Северо-Осетинский государственный университет имени К.Л. Хетагурова», г. Владикавказ;

Эльбуздукаева Т.У., д.и.н., доцент, заместитель генерального директора по научной работе ГБУК «Национальный музей ЧР», г. Грозный.


Библиографическая ссылка

Ахмадова М.П. РЕАЛИЗАЦИЯ КУЛЬТУРНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ СРЕДИ ЖЕНЩИН-ГОРЯНОК В ЧЕЧНЕ И ИНГУШЕТИИ В 20–30-Х ГГ. ХХ В. // Современные проблемы науки и образования. – 2015. – № 1-1. ;
URL: https://science-education.ru/ru/article/view?id=17447 (дата обращения: 23.09.2021).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074