Сетевое издание
Современные проблемы науки и образования
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 1,006

К ВОПРОСУ О ПРИЕМЕ ЕВРЕЕВ В ШКОЛЫ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В ПЕРИОД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Сулимов В.С. 1 Валитов А.А. 2 Федотова Д.Ю. 2
1 ФГБОУ ВПО Тобольская государственная социально-педагогическая академия им. Д.И. Менделеева
2 ФГБУН Тобольская комплексная научная станция УрО РАН
Правовой и социальный статус российских евреев определялся дискриминационным российским законодательством в дореволюционный период. Дискриминации были связаны с местом проживания, с занятиями, с возможностью получения образования иудеями. В статье рассмотрена трансформация государственной политики по отношению к еврейскому населению империи, на примере приема представителей этой национальности в школы Западной Сибири в годы Первой мировой войны. Показаны особенности регулирования процесса приема лиц «иудейского вероисповедания» в учебные заведения региона в начале XX века. Основными элементами этой системы было: строгое соблюдение возрастного ценза, процентной нормы при зачислении евреев в школу, сроки проведения жеребьевки. В годы войны политика государства в данном вопросе смягчается: ограничения снимаются для детей защитников отечества.
экзамен
школа
педсоветы
учебное начальство
норма приема евреев
нормативные акты
жеребьевка
гимназия
1. Областное государственное казённое учреждение «Государственный архив Томской области» (далее ОГКУ ГАТО). Ф. 126. Оп. 2. Д. 2977. Л. 206.
2. ОГКУ ГАТО Ф. 126. Оп. 2. Д. 2977. Л. 263, 264об.
3. ОГКУ ГАТО Ф. 126. Оп. 2. Д. 2977. Л. 465, 466-466об.
4. ОГКУ ГАТО Ф. 126. Оп. 2. Д. 2977. Л. 502, 503-503об., 504.
5. ОГКУ ГАТО Ф. 126. Оп. 2. Д. 2977. Л. 531, 539, 540, 543, 544.
6. ОГКУ ГАТО Ф. 126. Оп. 2. Д. 2977. Л. 595, 596.
7. ОГКУ ГАТО Ф. 126. Оп. 2. Д. 2977. Л. 318.
8. Сулимов В.С. Очерки по истории народного образования Западной Сибири. - Тюмень, 1995. - С. 31.

В соответствии с нормативными актами Российской империи в общеобразовательных учебных заведениях дореволюционного периода была установлена процентная норма приема евреев. Данная норма не должна была превышать 10 процентов.

Помимо процентной нормы для поступления евреев учебное начальство руководствовалось общими положениями, связанными с ограничениями относительно возрастного ценза. Каинский мещанин-еврей Томской губернии И. Бельский первого августа 1914 г. обратился к попечителю Западно-Сибирского учебного округа с прошением. Он желал дать образование сыну Аарону в открываемой казенной гимназии. Возраст сына не позволял поступить в школу, так как в сентябре 1913 г. ему исполнилось 12 лет. Отец по материальному положению, как мастеровой и как лицо иудейского вероисповедания, не имел возможности дать образование сыну в другом городе. Учитывая незначительное опоздание в возрасте, мещанин просил попечителя округа разрешить его сыну держать экзамен для поступления в первый класс [1]. Попечитель отказал.

По причине бюрократических процедур родителям учащихся было трудно успеть занять в школе имеющуюся еврейскую вакансию. В 1914 г. в первый класс Тобольской гимназии были приняты 32 мальчика, и по жеребьевке имелась долевая еврейская вакансия. Илья Рейзман выдержал экзамен. Возраст для поступления у него истекал, и отец хотел дать ему образование. Родитель просил попечителя Западно-Сибирского учебного округа в августе 1914 г. разрешить поступление сына в гимназию. Из канцелярии попечителя учебного округа последовал ответ директору гимназии с распоряжением объявить отцу, что по вопросу приема сына следует обращаться к руководству школы [2].

Ряд педагогических советов учебных заведений региона относился с пониманием к стремлению лиц еврейской национальности приобрести среднее образование. Педсовет Тобольской гимназии всячески стремился оказать помощь местным евреям в получении образования. В сентябре 1914 г. директор гимназии А.Д. Квак отправил в г. Томск протокол заседания педсовета с обсуждением вопроса о приеме в 8 класс еврея Давида-Иосифа Фельдмана сверх процентной нормы, установленной циркуляром Министерством народного просвещения от 9 сентября 1909 г. и в отступление от указаний, содержащихся в циркуляре МНП от 2 июля 1914 г. На педсовете было рассмотрено прошение тобольского мещанина Х.М. Фельдмана о принятии его сына, с приложением телеграммы окружного инспектора о необходимости мотивированного ходатайства педсовета гимназии по данному делу. Юноша до мая месяца обучался в 8 классе Тобольской гимназии. Имея за год по одним предметам баллы удовлетворительные, по другим - хорошие, был допущен к испытаниям зрелости. Однако не выдержал письменных испытаний по латинскому языку и одному отделу математики, но был допущен к дальнейшим устным экзаменам. Желая поступить в одно из учебных заведений в Бельгии, он покинул гимназию, но вследствие войны намерения своего попасть в бельгийский г. Льеж не смог выполнить. В результате отец его просил принять сына обратно в 8 класс. На основании циркуляра МНП от 7 февраля 1914 г. евреи должны были приниматься в средние учебные заведения по жребию. На основании циркуляра МНП от 2 июля 1914 г. жеребьевка производилась только один раз в год перед началом осенних приемных испытаний, и в течение учебного года ее запрещалось повторять [3].

Между тем осенью 1914 г. свободных вакансий в Тобольской гимназии не было. Педсовет, принимая во внимание, что бывший ученик Фельдман, при отличном поведении за последние два года имел по всем предметам баллы вполне сносные: по русскому языку, математике и истории - удовлетворительные, по философской пропедевтике, математической географии, физике, немецкому языку и законоведению - хорошие, по французскому языку - отличные, а неудовлетворительные его баллы по латинскому языку и математике объяснялись его продолжительной болезнью (нарыв на ухе) в конце учебного года. К тому же если бы юноша не вышел из гимназии, а продолжал оставаться учеником, то это обстоятельство не повлияло бы на общее число свободных вакансий для евреев. Исходя из данных обстоятельств, педсовет гимназии нашел возможным возбудить ходатайство перед попечителем учебного округа «об обратном» принятии бывшего ученика в 8 класс. 24 сентября 1914 г. управляющий учебным округом А. Попов предупредил директора гимназии Квака, что никаких отступлений от указаний, содержащихся в циркуляре МНП от 2 июля, допускать нельзя [3].

В связи со значительным количеством евреев, проживающих в г. Каинске, процедура жеребьевки имела большое значение при поступлении в мужскую гимназию. 31 августа 1914 г. в гимназии состоялась жеребьевка для допуска лиц иудейского вероисповедания к приемным испытаниям. На педсовете присутствовал помощник Томского губернского казенного раввина С.И. Зельвинский. По предложению директора гимназии И.Ф. Виноходова секретарь педсовета Тесленко прочитал распоряжение заместителя министра народного просвещения от 9 августа 1914 г. и распоряжение МНП от 2 июля того же года. Затем было выяснено общее число имеющихся в гимназии вакансий для евреев. Их оказалось 7-10 % на 67 человек христианского вероисповедания, допущенных к испытаниям. При этом в первом классе - 2, во втором классе - 3, в третьем классе - 2. После составления общего списка всех желающих и допущенных к жеребьевке евреев фамилии их были написаны директором гимназии на одинаковых билетах из плотной белой бумаги. На каждом билете директор написал имя и фамилию кандидата, порядковый номер билета и класс, в который желал поступить претендент. После осмотра билетов всеми членами педсовета они были свернуты и опущены в ящик, покрытый сукном. Затем билеты встряхнули в ящике и перемешали. После чего, по предложению директора гимназии помощник раввина вынул из закрытого сверху ящика последовательно необходимое число билетов, по числу вакансий для каждого из трех классов. При этом несколько билетов, за пополнением комплекта в классах, оказались недействительными. Далее Зельвинский громко прочитал фамилии допущенных к испытанию евреев, с указанием класса, в который каждый кандидат держал испытания. Затем передал вынутые и признанные действительными билеты директору гимназии, который «собственноручно» занес указанные в них фамилии в особый список, подписанный затем всеми членами совета. После чего были пересчитаны, развернуты и прочитаны билеты, оставшиеся в урне. Фамилии кандидатов, не попавших в жребий, вместе с фамилиями евреев, билеты которых были признаны недействительными, за пополнением комплекта в классах, занесли во второй список, скрепленный подписями всех присутствующих. После составления акта о жеребьевке, билеты передали директору для уничтожения [4].

После проведения жеребьевки родители пытались использовать любую возможность для устройства своих детей в школу. Каинский мещанин И.В. Бульвахтер в сентябре 1914 г. обратился с прошением к попечителю учебного округа о приеме сына в гимназию. Бульвахтер сообщал, что в Каинской мужской гимназии проводилась жеребьевка евреев. В числе допущенных к экзаменам по жребию оказался Зильбер, не явившийся на испытания, так как поступил в другое учебное заведение. Таким образом, место его осталось не замещенным. Согласно циркуляра МНП от 2 июля 1914 г. на незамещенные еврейские вакансии могли быть приняты ученики, выдержавшие экзамен весной из приготовительного класса в первый. Сын просителя, Меер, не попавший по жребию, удовлетворял требованию циркуляра. Поэтому отец просил попечителя учебного округа найти возможность принять его сына в 1 класс мужской гимназии. К прошению прилагались сведения об успехах, прилежании, внимании и поведении ученика частного мужского учебного заведения 1 разряда в Каинске. Из Томска прошение было отправлено в гимназию для «окончательного» распоряжения директора.

Прошение Бульвахтера обсуждалось в сентябре на педсовете мужской гимназии. Постановили просителю отказать, так как на основании циркулярного разъяснения министра народного просвещения от 18 августа замещение свободной вакансии могло произойти только по конкурсу баллов. Поэтому педсовет просил попечителя учебного округа разрешить провести приемные испытания всем ученикам евреям приготовительного класса бывшего учебного заведения первого разряда в г. Каинске для замещения свободной еврейской вакансии. Однако производить испытания в данное время было бы затруднительно. Попечитель округа ответил, что директору гимназии было послано прошение на «окончательное распоряжение» и потому не было надобности писать пояснения о затруднительности приема ученика в данное время [5].

В низшее учебное заведение евреям поступить было легче, чем в гимназию, даже со значительным превышением возраста. Директор народных училищ Тобольской губернии Г.Я. Маляревский 28 октября 1914 г. доложил в г. Томск, что совет Тобольского женского высшего начального училища, на основании ст. 17 Положения о высших начальных училищах от 25 июня 1912 г., допустил к испытаниям для поступления в четвертый класс дочь местного мещанина Ф. Эстеркину, иудейского вероисповедания. Экзамены были сданы вполне удовлетворительно. В связи с тем, что возраст Эстеркиной превышал на два года установленный, Г.Я. Маляревский просил начальство принять девушку в четвертый класс женского училища. Управляющий учебным округом А. Попов разрешил принять Эстеркину в училище, несмотря на превышение ею установленного возраста [6].

В период войны происходит смягчение государственной политики в отношении допуска евреев в учебные заведения. В августе 1915 г. Совет министров в первом отделе высочайше утвержденного постановления разрешил принимать в учебные заведения всех ведомств Российской империи детей лиц, находящихся в рядах действующей армии, а также самих участников войны, уволенных из армии в случае ранения или болезни, «без различия национальностей и вероисповеданий, вне конкурса». Во втором отделе постановления говорилось о допуске во все учебные заведения детей иудейского вероисповедания, родители которых работали в ведомстве Министерства народного просвещения, «независимо от установленных для заведений процентной нормы приема евреев» [7].

Льгота из первого отдела циркуляра распространялась и на детей-сирот, потерявших отцов или по их полной нетрудоспособности, вынужденных находиться на иждивении у родственника, служащего в армии. Предполагалось, что все лица иудейского вероисповедания, уже зачисленные на еврейские вакансии в учебные заведения, но соответствующие вышеизложенным пунктам, исключались из установленной процентной нормы приема евреев, а освободившиеся места отдавались другим поступающим. К тому же, к лицам, работавшим в военно-санитарно-врачебных частях, приравнивались служащие Красного Креста и других общественных организаций, связанных с эвакуацией и лечением раненых и больных солдат [8].

В период Первой мировой войны происходит изменение политики государства относительно евреев. Лица иудейского вероисповедания получили больше возможностей для поступления в учебные заведения Российской империи. Отмечалось отступление от строгого соблюдения возрастного ценза. Льготы при приеме в школы получили дети защитников отечества. Значительно были увеличены сроки проведения жеребьевки. Региональные руководители учебных заведений толерантно подходили к приему евреев в школы.

Рецензенты:

Дианов С.А., д.и.н., доцент, профессор кафедры государственного управления и истории ФГБОУ ВПО «Пермский национально-исследовательский политехнический университет», г. Пермь.

Гончаров Ю.М., д.и.н., профессор ФГБОУ ВПО «Алтайский государственный университет», г. Барнаул.


Библиографическая ссылка

Сулимов В.С., Валитов А.А., Федотова Д.Ю. К ВОПРОСУ О ПРИЕМЕ ЕВРЕЕВ В ШКОЛЫ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В ПЕРИОД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ // Современные проблемы науки и образования. – 2014. – № 1. ;
URL: https://science-education.ru/ru/article/view?id=11996 (дата обращения: 14.07.2024).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1,674