Введение
Сохранение населения, укрепление здоровья и повышение благополучия людей, определенные в качестве национальных целей развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года [1], реализация концепции обучения на протяжении всей жизни в современном обществе, специфика социокультурной ситуации обусловливают внимание к эффективному воплощению идей неформального образования в реальные практики здоровьесбережения взрослого населения. При этом потенциал неформального образования как принципиально добровольной, гибкой, практико-ориентированной, самостоятельной образовательной деятельности используется фрагментарно как в области расширения компетенций взрослых, связанных с ведением здорового образа жизни [2], так и в области здоровьесбережения в целом. Современное неформальное образование взрослых давно не исчерпывается традиционным информированием или массовыми мероприятиями. Активно реализуются практико-ориентированные мастер-классы, тренинги, направленные на формирование конкретных навыков, существует сетевое взаимодействие и обучение в клубах здоровья, онлайн-сообществах. Мобильные приложения, образовательные платформы, блоги здоровьесберегающей тематики позволяют взрослым использовать цифровые технологии для самостоятельного обучения, участвовать во многочисленных челленджах и курсах. В организациях активно разрабатываются и внедряются корпоративные программы здоровья, реализуемые работодателем на рабочем месте. Однако перечисленные программы часто носят эпизодический характер, не достигают целевой аудитории или оказываются малоэффективными [3]. Таким образом, возникает противоречие между признанным потенциалом неформального образования как инструмента здоровьесбережения и недостаточной реализацией этого потенциала в условиях российского социума.
Цель исследования - на основе комплексного анализа провести структурирование проблем, препятствующих масштабированию и эффективности неформального образования взрослых в области здоровьесбережения.
Материал и методы исследования:системный анализ научных публикаций, анализ стратегических документов (национального проекта «Демография», входящих в него федеральных проектов и программ), контент-анализ сайтов и соцсетей образовательных проектов в области здоровьесбережения взрослых, анализ статистических данных открытого доступа цифровых платформ (Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (РМЭЗ-ВШЭ), платформы АТРИЯ), обобщение результатов и процесса практической реализации авторских программ неформального образования взрослых в образовательных организациях Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
Результаты исследования и обсуждение
Неформальное образование взрослых, традиционно рассматриваемое в сопоставлении с формальным и информальным образованием, отличается от указанных форм тем, что реализуется вне рамок организованного образовательного пространства, имеющего определенные цели и задачи, методы их достижения и видение результата, и представляет собой открытую, мобильную, целенаправленную систему получения знаний, умений, опыта практической деятельности [4]. Принципиальная субъектная позиция взрослого, его особое - авторское - отношение к образованию и жизни в целом [5] делают процесс неформального образования в области здоровьесбережения особенно значимым для современного человека, живущего в условиях неопределенности и неудовлетворенности организацией медицинского обслуживания (по данным ВЦИОМ, 52% россиян недовольны качеством получаемого медицинского обслуживания [6] и считают, что процесс сохранения собственного здоровья зависит во многом от них самих).
В русле системно-деятельностного подхода здоровьесбережение можно рассматривать как осознанный процесс, который протекает в определенных условиях и требует ресурсов (знаний, времени, денег и т.п.); а также как организованный и системный процесс, планирование и осуществление которого нуждается в приложении индивидуальных усилий личности [7]. Исследование грамотности взрослых в вопросах здоровья, проведенное в 2025 году на разработанной экспертами Минздрава России цифровой платформе «АТРИЯ» (в исследовании приняли участие 58357 работников), показало, что самый высокий уровень грамотности в вопросах здоровья зафиксирован среди работников старше 60 лет (74,2%, n=3573), остальные взрослые респонденты обладают недостаточным уровнем грамотности в вопросах здоровьесбережения. Полученные результаты свидетельствуют о том, что необходима активная работа по повышению уровня знаний работников о здоровье, а также создание методических документов и широкое внедрение корпоративных программ, направленных на улучшение текущей ситуации [8]. Усиление внимания государства, некоммерческих организаций, работодателей к проблемам здоровьесбережения взрослых и одновременно отсутствие реально значимых изменений в рассматриваемой области свидетельствуют о необходимости определения и структурирования ключевых проблем, препятствующих масштабированию и эффективности реализации неформального образования взрослых в сфере здоровьесбережения. Указанные проблемы можно объединить в группы, которые мы обозначили как нормативно-институциональные барьеры, содержательно-методические проблемы, мотивационные ограничения, организационные (кадровые) ограничения и ресурсно-инфраструктурные вызовы, препятствующие эффективной реализации потенциала неформального образования взрослых в сфере здоровьесбережения.
Одним из основных нормативно-институциональных барьеров реализации неформального образования взрослых в области здоровьесбережения, который вызывает беспокойство практиков неформального образования, является отсутствие правового статуса и стандартов качества неформальных программ. Так, согласно результатам масштабного экспертного опроса [9], важнейшими препятствиями для эффективного процесса реализации неформального образования взрослых в целом являются неразработанность регламентированной процедуры контроля качества, оценки знаний и навыков, полученных в ходе неформального образования, отсутствие подтверждающих сертификатов об обучении и системы валидизации полученных знаний. До сих пор в РФ не определено правовое поле для национальной рамки квалификаций [10; 11], не урегулированы процессы взаимодействия системы образования и рынка труда [12]. Для сферы здоровьесбережения взрослых этот барьер можно рассматривать как критический, так как некачественные образовательные программы, неверные знания или недостаточно сформированные умения могут нанести вред здоровью взрослых, участвующих в них.
Шхалахова Ж. Н., анализируя текущую политику поддержки здорового образа жизни (ЗОЖ) в России на 2025 год, в частности национальный проект «Демография» и ряд федеральных проектов [13], отмечает, что одним из ключевых недостатков рассматриваемой политики является фрагментарность и недостаточная координация усилий между различными государственными ведомствами и общественными организациями. Исследователь указывает, что программы, направленные на популяризацию физической активности и здорового питания, часто разрабатываются и реализуются изолированно друг от друга, без учета комплексного воздействия на здоровье населения, а также на значительный разрыв между декларируемыми целями и реальными результатами реализации, что обусловлено как недостаточным финансированием, так и отсутствием четких механизмов мониторинга и оценки эффективности проводимых мероприятий [13]. Фрагментарность и ведомственная разобщенность (вопросами здоровьесбережения занимаются и здравоохранение, и образовательные, и спортивные организации, и организации соцзащиты населения) приводят к сложностям в оценке результатов и доказательстве эффективности для привлечения ресурсов. Отсутствие эффективного государственного стимулирования образования взрослых врамках мер поддержки (например, федерального проекта «Новые возможности для каждого») становится критичным.
К значимым нормативно-институциональным барьерам стоит отнести и неравенство возможностей взрослых в области неформального образования в сфере здоровьесбережения [14], которое обусловлено территориальными и цифровыми различиями. Цифровое неравенство в неформальном образовании связано также и с неготовностью части аудитории к онлайн-форматам, с переизбытком некачественной информации в Сети и отсутствием у ряда категорий взрослых людей механизмов ее критической оценки и фильтрации.
Содержательно-методические проблемы реализации неформального образования взрослых в области здоровьесбережения во многом обусловлены наблюдаемым отрывом образовательного контента от реальных повседневных практик и запросов целевых групп (молодые родители, офисные работники, люди предпенсионного возраста, лица с хроническими заболеваниями) [15; 16]. Образовательный контент часто строится вокруг абстрактных норм (10 000 шагов ежедневно; 1,6 грамма белка на килограмм веса в день и пр.), не учитывающих специфику взрослой аудитории, индивидуальные особенности здоровья. Согласно данным серии общенациональных репрезентативных опросов, проведенных в рамках Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения Национальным исследовательским университетом «Высшая школа экономики» (РМЭЗ-ВШЭ) [17], а также результатам анализа 78 организаций разной направленности, проведенного в 2021 году коллективом исследователей [18], в корпоративном неформальном образовании взрослых сохраняется преобладание информационной модели над практико-ориентированной, а представления об уровне знаний об имеющихся образовательных дефицитах существенно различаются у работодателей и работников. Практически все респонденты отмечают недостаток адаптированных, научно обоснованных и одновременно увлекательных программ. К содержательно-методическим проблемам реализации неформального образования взрослых в области здоровьесбережения можно отнести и низкий уровень междисциплинарности образовательного контента. Нельзя не признать, что отсутствие значимых связей психологических, социальных, культурных аспектов здоровьесбережения существенно обедняет содержание неформальных образовательных программ.
Анализ отчетов о реализации программ неформального образования взрослых в области здоровьесбережения показывает, что большинство документов (80%отчетов по программам НКО) опирается на количественные показатели (количество взрослых, принявших участие в программе, количество проведенных лекций и реализованных мастер-классов), в то время как качественные изменения в здоровьесберегающем поведении взрослых или их знаниях в области здоровья не находят отражения в аналитике. Отсроченная оценка результатов программ (например, через 6-12 месяцев) также в основном не реализуется.
Мотивационные ограничения реализации неформального образования взрослых в области здоровьесбережения могут быть рассмотрены с двух сторон. С одной стороны, взрослые как субъекты неформального образования, согласно данным исследований, склонны демонстрировать пассивную позицию в ситуации, требующей изучения и применения полученных знаний на практике [19]. Специфика неформального образования в области здоровьесбережения такова, что знания и умения должны быть перенесены в область активного применения, в идеале – стать здоровой ежедневной привычкой. Осознание личной ответственности за свое здоровье, возникновение и поддержание мотивации к самовоспитанию и саморазвитию [20; 21] в связи со спецификой неформального образования предопределяют его эффективность и результативность.
Низкую самоэффективность, недоверие к «неофициальным» источникам информации о профилактике различных заболеваний и дефицит времени как причины нерегулярного обращения взрослых к образовательным материалам о своем здоровье подтверждают как социологические данные (см., например, данные Центра цифровой социологии и социогуманитарных технологий в здравоохранении и Центра медицинской статистики НИИ организации здравоохранения и медицинского менеджмента Департамента здравоохранения города Москвы [22], согласно которым менее 25% взрослых регулярно ищут информацию о профилактике заболеваний), так и психолого-педагогические исследования [23]. С сожалением приходится констатировать низкий уровень культуры проактивного отношения к здоровью и самоэффективности у взрослых граждан России.
Организационные (кадровые) ограничения реализации неформального образования взрослых связаны с недостаточным количеством подготовленных специалистов-тьюторов, способных работать со взрослой аудиторией и знакомых с принципами андрагогики. Согласно данным ресурсов «Портал НКО» и «Открытые НКО», только 15% организаторов программ по образованию в области здоровьесбережения взрослых проходили специальную подготовку в области андрагогики. Темурзиев А. Я., анализируя роль некоммерческих организаций в укреплении общественного здоровья, утверждает, что некоммерческие организации дополняют государственные усилия в поддержке здорового образа жизни, обеспечивая комплексный подход к профилактике вредных привычек и формированию здоровых предпочтений у населения [24], однако отсутствие специалистов с должным уровнем подготовки к работе со взрослыми затрудняет их деятельность. Немаловажной проблемой является и то, что в связи со спецификой неформального образования в целом, его исторически сложившимся местом в системе существующих современных форм образования в России практически отсутствует методика признания компетенций для педагогов неформального сектора [25], что затрудняет их профессиональное совершенствование и препятствует социальному признанию их труда.
Ресурсно-инфраструктурные вызовы реализации неформального образования взрослых в области здоровьесбережения в России во многом обусловлены нестабильным и ограниченным финансированием. Исследователи проблемы отмечают зависимость от грантов, слабое вовлечение бизнеса [25; 26], и если в больших городах эта проблема относительно решаема в связи с большей концентрацией ресурсов, то в малых городах, в сельской местности неразвитость материальной базы критична. Недостаточное финансирование негативно сказывается на рутинной, но необходимой работе – методической оснащенности образовательного процесса, оплате труда андрагога на постоянной основе, создании среды. Цифровое неравенство (неготовность части аудитории к онлайн-форматам, переизбыток некачественной информации в Сети), о котором мы рассуждали выше, также значимо и в ресурсном аспекте неформального образования. Нельзя не указать на существующий дефицит специализированных и доступных пространств для реализации неформального образовательного процесса и отсутствие сетевой инфраструктуры, интегрирующей усилия разных организаций (некоммерческих организаций, учреждений здравоохранения, культуры, спорта) в области здоровьесбережения.
Заключение. Структурирование проблем, препятствующих эффективности реализации неформального образования взрослых в области здоровьесбережения, указывает на их комплексный, многоуровневый и взаимосвязанный характер. Системный характер этих проблем связан с тем, что потенциально гибкое, ориентированное на удовлетворение личностных потребностей неформальное образование сталкивается с жесткими, инерционными условиями его практической реализации. Перспективы преодоления обозначенных проблем возможны только со сменой парадигмы управления неформальным образованием взрослых. Необходим переход к разработке долгосрочных региональных программ, смена констатируемой ведомственной разобщенности межведомственным партнерством и созданием координирующих ресурсных центров, а в идеале – переход к построению образовательной экосистемы здоровья взрослых, которая будет иметь государственную поддержку, собственные каналы финансирования, систему подготовки кадров. Такой комплексный, системный подход позволит реализовать профилактический потенциал неформального образования для укрепления здоровья взрослого населения и снижения нагрузки на систему здравоохранения.