ДЕСЯТИЛЕТНЯЯ ДИНАМИКА СМЕРТНОСТИ ОТ ИШЕМИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНИ СЕРДЦА В ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ (2014-2023 ГГ.)
Введение
В Российской Федерации (РФ) показатели смертности от болезней системы кровообращения (БСК) характеризуются выраженными территориальными различиями. Анализ статистических данных свидетельствует о межрегиональных различиях как в уровнях смертности от БСК, так и в структуре сердечно-сосудистых причин смерти. Выявленные особенности обусловлены комплексом демографических, социально-экономических факторов, особенностями организации медицинской помощи и качеством регистрации причин смерти [1-3].
Ишемическая болезнь сердца (ИБС) остается одной из наиболее значимых медико-социальных проблем, занимая ведущее место в структуре сердечно-сосудистой смертности и инвалидизации населения. Несмотря на достижения современной кардиологии, ИБС продолжает обусловливать высокий уровень преждевременной смертности и значительные экономические потери, связанные с временной и стойкой утратой трудоспособности [4].
В структуре причин смерти от БСК первое место в РФ занимает ИБС, на долю которой приходится 54,2% (2022 год). Среди причин смерти от ИБС преобладают хронические формы ИБС (81,8%) [5; 6].
За последнее десятилетие в РФ наметилась положительная динамика в борьбе с сердечно-сосудистыми заболеваниями (ССЗ). Благодаря внедрению программ диспансеризации, развитию сосудистых центров и повышению доступности высокотехнологичной медицинской помощи общероссийский показатель смертности от БСК демонстрирует снижение [7]. Несмотря на эту положительную динамику, БСК по-прежнему остаются ведущей причиной убыли населения, формируя до половины всех случаев летальных исходов в стране [8].
Реализация Федерального проекта «Борьба с сердечно-сосудистыми заболеваниями» и сопутствующих региональных программ призвана снизить бремя смертности от БСК до настоящего времени. Особенно отчётливо это проявляется в отношении хронических форм ИБС: по данным последних исследований, их территориальный разброс определяется не только различиями в организации медицинской помощи, но и в системах кодирования и учёта причин смерти [2; 9; 10].
По мнению многих авторов [6; 11], одной из актуальных проблем остается вариабельность подходов к кодированию первоначальной причины смерти (ППС) при ИБС. Анализ динамики стандартизованных коэффициентов смертности (СКС) позволяет оценивать изменения показателей смертности и может способствовать повышению внимания медицинских работников к правильному оформлению медицинской документации и последовательности выбора ППС в соответствии с МКБ-10.
Анализ десятилетней динамики смертности от ИБС в Челябинской области представляет научный и практический интерес. Несмотря на снижение смертности от БСК в РФ (567,1 случая на 100 тыс. населения в 2023 г.) и Челябинской области (606,8 случая на 100 тыс. населения в 2023 г.), ИБС продолжает занимать ведущее место в структуре причин смерти населения [8]. Региональные исследования показывают, что Челябинская область относится к субъектам с сохраняющимся высоким бременем сердечно-сосудистой смертности. Это обусловливает необходимость дальнейшего совершенствования мер первичной и вторичной профилактики, диспансерного наблюдения и организации специализированной медицинской помощи пациентам с ИБС [12].
Выявление ключевых тенденций смертности от ИБС позволит обосновать приоритеты развития региональной кардиологической службы на ближайшую перспективу.
Таким образом, актуальным представляется изучение динамики стандартизованных коэффициентов смертности от ИБС в Челябинской области за период с 2014 по 2023 г.
Цель исследования – оценить динамику и выявить ключевые тенденции смертности от ишемической болезни сердца среди населения Челябинской области за период с 2014 по 2023 год.
Материалы и методы исследования
Накопление, систематизация и первичная обработка исходной информации проводились с использованием электронных таблиц Microsoft Office Excel 2019. Статистическая обработка данных включала методы описательной статистики и расчёт показателей динамики. Для характеристики динамики смертности рассчитывали абсолютный прирост/убыль СКС, темп прироста/убыли и показатель наглядности относительно базисного 2014 года. В связи с отсутствием абсолютных чисел умерших по отдельным нозологическим формам оценка фактической структуры смертности не проводилась.
Исследование носило описательный характер и было направлено на анализ изменений показателей смертности в течение исследуемого периода. Статистическая проверка гипотез и оценка статистической значимости различий между годовыми показателями не проводились. Выявленные изменения интерпретировались как динамика наблюдаемых показателей без утверждений о статистической значимости различий.
Исследование выполнено с использованием обезличенных статистических данных официальной государственной статистики, не содержащих персональной информации. В связи с отсутствием непосредственного взаимодействия с участниками исследования и использования персональных данных получение одобрения этического комитета не проводилось.
Результаты исследования и их обсуждение
При рассмотрении структуры сердечно-сосудистой смертности в Челябинской области сохраняется преобладание ИБС. К 2023 году доля ИБС среди всех смертей от БСК достигла 53,5% (табл. 1). Это полностью совпадает с общероссийской картиной: ИБС остаётся ведущей нозологической формой, на которую приходится больше половины всех кардиологических потерь.
Таблица 1
Динамика показателей стандартизованных коэффициентов смертности от ИБС в Челябинской области за 2014-2023 гг.
|
Год |
СКС ИБС (на 100000 населения) |
Абсолютный прирост/ убыль |
Темп роста/убыли (%) |
Показатель наглядности (%) |
Доля от БСК (%) |
|
2014 |
265,24 |
|
|
|
50,5 |
|
2015 |
238,34 |
-26,9 |
89,8 |
89,9 |
49,2 |
|
2016 |
238,97 |
0,6 |
100,3 |
90,1 |
50,9 |
|
2017 |
217,74 |
-21,2 |
91,1 |
82,1 |
51,6 |
|
2018 |
240,65 |
22,9 |
110,5 |
90,7 |
55,3 |
|
2019 |
238,60 |
-2,1 |
99,1 |
90,0 |
56,7 |
|
2020 |
279,02 |
40,4 |
116,9 |
105,2 |
58,3 |
|
2021 |
220,33 |
-58,7 |
79,0 |
83,1 |
57,1 |
|
2022 |
204,56 |
-15,8 |
92,8 |
77,1 |
57,5 |
|
2023 |
207,26 |
2,6 |
101,3 |
78,1 |
53,5 |
Анализ долгосрочного тренда смертности от ИБС в динамике за десять лет (2014–2023 гг.) показал колебания вокруг среднего уровня и волнообразный характер, за короткими периодами спада следует стагнация или даже рост. Снижение, которое наблюдалось в 2014–2019 годах, сменилось резким пандемийным всплеском, затем краткосрочным провалом в 2022 году - и новым подъёмом уже в 2023 г. Положительные изменения показателей смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, наблюдаемые в отдельные периоды, не всегда сохраняются в дальнейшем. Динамика смертности в регионах России неоднородна, что указывает на необходимость дальнейшего совершенствования мер профилактики сердечно-сосудистых заболеваний [13]. Важную роль в снижении смертности от ИБС играют раннее выявление факторов риска, диспансерное наблюдение и приверженность пациентов назначенному лечению. В Челябинской области этот фактор может усугубляться высокой распространенностью модифицируемых факторов риска (артериальная гипертония, курение, ожирение), характерной для промышленных регионов Урала. Проведен анализ десятилетней динамики СКС при различных формах ИБС (табл. 2).
Таблица 2
Стандартизованные коэффициенты смертности при различных формах ИБС в Челябинской области за 2014–2023 гг.
|
Показатель |
2014 |
2015 |
2016 |
2017 |
2018 |
2019 |
2020 |
2021 |
2022 |
2023 |
|
I25.0 Атеросклеротическая сердечно-сосудистая болезнь, так описанная |
||||||||||
|
СКС (на 100 тыс.) |
0,55 |
0,53 |
0,96 |
2,16 |
2,32 |
1,23 |
0,92 |
0,73 |
0,40 |
0,38 |
|
Абс. прирост |
|
0,0 |
0,4 |
1,2 |
0,2 |
-1,1 |
-0,3 |
-0,2 |
-0,3 |
0,0 |
|
Доля в СКС от ИБС (%) |
0,2 |
0,2 |
0,4 |
1,0 |
1,0 |
0,5 |
0,3 |
0,3 |
0,2 |
0,2 |
|
I25.1 Атеросклеротическая болезнь сердца |
||||||||||
|
СКС (на 100 тыс.) |
125,93 |
101,14 |
111,54 |
99,93 |
57,43 |
37,01 |
47,80 |
39,25 |
29,54 |
24,82 |
|
Абс. прирост |
|
-24,8 |
10,4 |
-11,6 |
-42,5 |
-20,4 |
10,8 |
-8,5 |
-9,7 |
-4,7 |
|
Доля в СКС от ИБС (%) |
47,5 |
42,4 |
46,7 |
45,9 |
23,9 |
15,5 |
17,1 |
17,8 |
14,4 |
12,0 |
|
I25.2-6,8 Прочие формы ХИБС |
||||||||||
|
СКС (на 100 тыс.) |
47,14 |
60,54 |
65,49 |
62,39 |
113,77 |
143,34 |
166,74 |
123,06 |
121,94 |
130,12 |
|
Абс. прирост |
|
13,4 |
4,9 |
-3,1 |
51,4 |
29,6 |
23,4 |
-43,7 |
-1,1 |
8,2 |
|
Доля в СКС от ИБС (%) |
17,8 |
25,4 |
27,4 |
28,7 |
47,3 |
60,1 |
59,8 |
55,9 |
59,6 |
62,8 |
|
I25.9 ХИБС неуточненная |
||||||||||
|
СКС (на 100 тыс.) |
28,91 |
16,33 |
4,91 |
2,92 |
2,90 |
1,44 |
1,63 |
1,51 |
0,84 |
0,55 |
|
Абс. прирост |
|
-12,6 |
-11,4 |
-1,9 |
0,0 |
-1,46 |
0,19 |
-0,12 |
-0,67 |
-0,29 |
|
Доля в СКС от ИБС (%) |
10,9 |
6,8 |
2,1 |
1,3 |
1,2 |
0,6 |
0,6 |
0,7 |
0,4 |
0,3 |
|
I21.0-9 Острый инфаркт миокарда |
||||||||||
|
СКС (на 100 тыс.) |
30,08 |
34,58 |
34,65 |
32,39 |
35,20 |
30,53 |
34,19 |
31,39 |
32,65 |
29,90 |
|
Абс. прирост |
|
4,5 |
0,1 |
-2,3 |
2,8 |
-4,7 |
3,7 |
-2,8 |
1,3 |
-2,7 |
|
Доля в СКС от ИБС (%) |
11,3 |
14,5 |
14,5 |
14,9 |
14,6 |
12,8 |
12,3 |
14,2 |
16,0 |
14,4 |
|
I22.0-9 Повторный инфаркт миокарда |
||||||||||
|
СКС (на 100 тыс.) |
10,69 |
4,94 |
4,57 |
3,79 |
3,37 |
2,99 |
1,77 |
1,10 |
0,15 |
0,04 |
|
Абс. прирост |
|
-5,7 |
-0,4 |
-0,8 |
-0,4 |
-0,4 |
-1,2 |
-0,7 |
-1,0 |
-0,1 |
|
Доля в СКС от ИБС (%) |
4,0 |
2,1 |
1,9 |
1,7 |
1,4 |
1,3 |
0,6 |
0,5 |
0,1 |
0,0 |
|
I24.1-9 Другие формы острой ИБС |
||||||||||
|
СКС (на 100 тыс.) |
21,93 |
20,26 |
16,88 |
14,18 |
25,62 |
22,06 |
26,01 |
23,27 |
19,08 |
21,45 |
|
Абс. прирост |
|
-1,7 |
-3,4 |
-2,7 |
11,4 |
-3,6 |
4,0 |
-2,7 |
-4,2 |
2,4 |
|
Доля в СКС от ИБС (%) |
8,3 |
8,5 |
7,1 |
6,5 |
10,6 |
9,2 |
9,3 |
10,6 |
9,3 |
10,4 |
Атеросклеротическая болезнь сердца традиционно рассматривается как патофизиологический субстрат и основная непосредственная причина развития ИБС. Именно прогрессирование атеросклеротического поражения коронарных артерий приводит к стенозу, нестабильности бляшки, тромбозу и в конечном итоге к острому инфаркту миокарда или внезапной сердечной смерти. В структуре смертности от ИБС атеросклеротическая болезнь сердца в период с 2014 по 2017 год занимала доминирующее положение, достигая в среднем 45,6%. Это согласуется с классическими представлениями о том, что атеросклероз является главным этиологическим фактором смертности от ССЗ, и такой высокий удельный вес отражал корректную диагностику причин смерти в рамках данной нозологии.
Однако, начиная с 2018 года, показатель доли атеросклеротической болезни сердца в структуре смертности от ИБС начал последовательно и довольно резко снижаться, достигнув к 2023 году всего 12%. Такая динамика - сокращение более чем в 3,5 раза за пять лет - требует не столько патофизиологического, сколько методологического и организационного объяснения.
Во-первых, снижение доли атеросклеротической болезни сердца может быть связано с переходом на более современные и детализированные классификации причин смерти. В соответствии с МКБ-10 существует несколько рубрик для кодирования ИБС: I25.1 (атеросклеротическая болезнь сердца), I25.0 (атеросклеротическая сердечно-сосудистая болезнь), I20–I24 (острые формы ИБС) и I25.8–I25.9 (другие и неуточненные формы). Если в предшествующие годы врачи и патологоанатомы по инерции чаще указывали код I25.1 как «универсальный» для всех случаев ИБС, то с 2018 года, в рамках работы по повышению качества медицинских свидетельств о смерти и внедрения обучающих программ по кодированию, мог произойти осознанный переход на более специфичные рубрики (например, I21 - острый ИМ, I24 - другие острые формы, I25.0, I25.8). Это статистически снизило долю, приходящуюся именно на рубрику I25.1, не изменив реальную распространенность атеросклероза как морфологической основы [11; 14].
Во-вторых, с 2020 года на структуру смертности серьезно повлияла пандемия COVID-19. Как отмечалось ранее, многие смерти при сочетании коронавирусной инфекции и хронической сердечной патологии кодировались с выбором в качестве основной причины либо самого COVID-19, либо неатеросклеротических форм сердечной недостаточности (например, I50 - сердечная недостаточность, не связанная напрямую с атеросклерозом). Это привело к перераспределению большого числа случаев из рубрики I25.1 в другие классы и рубрики. Кроме того, в постковидный период возросла доля смертей от миокардитов, тромбоэмболий и аритмий, не имеющих прямого атеросклеротического генеза, что также изменило нозологическую структуру внутри класса БСК [15; 16].
В-третьих, снижение доли атеросклеротической болезни может отражать реальное, хотя и неравномерное, улучшение лечения атеросклероза (более широкое применение статинов, антиагрегантов, современных методов реваскуляризации). Если острая летальность от ИМ снижается, то пациенты доживают до более поздних стадий заболевания, где смерть наступает от хронической сердечной недостаточности (код I50) [16].
Острый инфаркт миокарда (ОИМ) представляет собой наиболее клинически значимую и жизнеугрожающую форму ИБС, являясь непосредственной причиной значительной части внезапных сердечных смертей и госпитализаций в отделения неотложной кардиологии. Именно показатель смертности от ОИМ наиболее чувствителен к качеству организации экстренной медицинской помощи (времени «от двери до баллона»), доступности тромболитической терапии и эффективности работы сосудистых центров.
Анализ многолетней динамики смертности от ОИМ в Челябинской области (в расчете на 100 000 населения) выявляет отчетливый волнообразный характер с тремя последовательными пиками и последующим спадом: первый подъем (2014–2016 гг.):показатель вырос с 30,8 до 34,6, что может быть связано с улучшением выявляемости ОИМ (внедрение более чувствительных методов диагностики, тропониновых тестов) и/или реальным ростом заболеваемости на фоне накопления факторов риска. Второй подъем (2017–2018 гг.):рост с 32,39 до 35,2, вероятно, отражал как реальную эпидемиологическую динамику, так и переход на новые критерии диагностики ИМ [17]. Третий подъем (2019–2020 гг.):увеличение с 30,53 до 34,19, что практически полностью совпадает с первой волной пандемии COVID-19. С одной стороны, сама инфекция SARS-CoV-2 способствует развитию тромботических осложнений и повышает риск коронарной окклюзии. С другой - в тот же период резко упала обращаемость пациентов с болями в груди за экстренной помощью: люди боялись заразиться. Как следствие, госпитализации стали более поздними, а летальность - выше [18; 19].
На этом фоне обращает на себя внимание снижение смертности от ОИМ в 2022–2023 годах - с 32,65 до 29,9 на 100 тыс. населения. В 2023 году показатель достиг минимального значения за весь исследуемый период (2014–2023 гг.). Наблюдаемая динамика может отражать изменения в организации медицинской помощи пациентам с ОИМ, однако имеющиеся данные не позволяют установить причины снижения смертности. Для оценки вклада своевременной госпитализации, доступности специализированной медицинской помощи и других факторов необходимы дополнительные исследования.
Низкий уровень смертности в 2023 году (29,9 на 100000 населения), возможно, связан с изменением кодирования: некоторые случаи ОИМ могли быть переквалифицированы в другие формы ИБС (например, I25.2 - перенесенный инфаркт) или в смерти от осложнений COVID-19.
За десятилетний период наблюдения (2014–2023 гг.) в Челябинской области отмечено снижение стандартизованного коэффициента смертности от повторного инфаркта миокарда (ИМ) с 10,69 до 0,04 на 100 тыс. населения. В 2023 году доля повторного ИМ в структуре смертности от ИБС составила после округления 0,0%.
Выявленное снижение показателя может быть связано с различными факторами, включая изменения в организации медицинской помощи и проведении вторичной профилактики ИБС. Важную роль в профилактике повторных коронарных событий играют соблюдение клинических рекомендаций, приверженность пациентов лечению и применение современной медикаментозной терапии, в том числе двойной антитромбоцитарной терапии, статинов высокой интенсивности и других препаратов в соответствии с клиническими показаниями. Существенное значение имеет также достижение целевых уровней холестерина липопротеинов низкой плотности (ХС-ЛНП) с использованием статинов, эзетимиба и ингибиторов PCSK9 при наличии соответствующих показаний [20]. Вместе с тем использованные в исследовании данные не позволяют установить, в какой степени перечисленные факторы могли повлиять на снижение смертности от повторного инфаркта миокарда в Челябинской области.
Резкое снижение СКС от повторного инфаркта миокарда с 10,69 в 2014 году до 0,04 на 100 тыс. населения в 2023 году требует осторожной интерпретации. Одним из возможных объяснений может быть изменение подходов к регистрации и кодированию причин смерти [21]. Также нельзя исключить влияние других факторов, связанных с организацией медицинской помощи и особенностями регистрации смертей. Для установления причин выявленной динамики необходим дополнительный анализ структуры кодирования причин смерти и данных о медицинской помощи пациентам с повторным инфарктом миокарда.
Наиболее распространенной в структуре смертности от всех форм ИБС является группа «прочие формы ИБС», включающая рубрики МКБ-10: I25.2 (перенесенный в прошлом ИМ), I25.3 (аневризма сердца), I25.4 (аневризма коронарной артерии), I25.5 (ишемическая кардиомиопатия), I25.6 (бессимптомная ишемия миокарда) и I25.8 (другие формы хронической ИБС). За исследуемый десятилетний период (2014–2023 гг.) показатель смертности от данной группы вырос в 2,7 раза - с 47,14 до 130,12 случая на 100 000 населения. Максимальные значения были зафиксированы в 2020 году, достигнув 166,74 на 100 000, что более чем в три раза превышало уровень 2014 года и фактически определило общий тренд смертности от ИБС в регионе.
Особенно показательной является динамика доли СКС от прочих форм ИБС в структуре общей смертности от ИБС: этот показатель прогрессивно увеличился с 17,8% до 62,8%. Иными словами, к 2023 году почти две трети всех смертей от ИБС в Челябинской области кодировались не как острый инфаркт или атеросклеротическая болезнь сердца, а как хронические, неспецифические или отдаленные последствия коронарной патологии. Таким образом, перестройка внутри структуры ИБС требует тщательного анализа.
Наиболее вероятное объяснение столь резкого роста доли и абсолютных значений смертности от прочих форм ИБС связано сотсутствием единого подхода к выбору кода МКБ-10при оформлении медицинских свидетельств о смерти. В условиях, когда острые формы ИБС (I21–I22) требуют четких морфологических и клинических критериев (наличие свежего некроза миокарда, тропониновый рост), атеросклеротическая болезнь сердца (I25.1) требует документального подтверждения гемодинамически значимого стеноза коронарных артерий, рубрики группы I25.2–I25.8 являются наиболее «удобными» и «емкими», позволяя закодировать смерть пациента с ИБС в анамнезе без необходимости детализации острого события или точной морфологической верификации.
Увеличение доли смертей от хронических форм ИБС может отражать реальное изменение структуры сердечно-сосудистой патологии, связанное с ростом выживаемости после острых коронарных событий и последующим увеличением числа пациентов с постинфарктным ремоделированием миокарда и хронической сердечной недостаточностью [22; 23]. Дополнительным фактором выступают постковидные изменения, включая миокардит, микротромбозы и фиброз миокарда, что может влиять на перераспределение причин смерти внутри группы хронической ИБС [24; 25]. В-третьих, старение населения и накопление коморбидности ведут к тому, что у пожилых пациентов с множественной патологией врачи часто выбирают код «ХИБС» в качестве основного, даже если непосредственной причиной смерти стала декомпенсация другой системы (например, дыхательная или почечная недостаточность), что приводит к механическому завышению данного показателя [11].
За исследуемый десятилетний период в Челябинской области зафиксировано снижение смертности от неуточненной ХИБС, кодируемой по МКБ-10 как I25.9. Показатель сократился с 28,9 до 0,55 случая на 100 000 населения, то есть более чем в 50 раз. Фактически к 2023 году данная рубрика практически исчезла из структуры смертности от ИБС, уступив место более специфичным кодам.
Одним из возможных факторов, влияющих на динамику смертности от ХИБС, могут быть особенности регистрации и кодирования причин смерти. В клинических рекомендациях по стабильной ИБС и консенсусе экспертов по классификации заболевания представлены различные рубрики МКБ-10, позволяющие конкретизировать форму хронической ИБС [4; 26]. При этом имеющиеся источники не дают оснований утверждать, что врачам было предписано использовать код I25.8 вместо I25.9 при невозможности точной верификации диагноза.
Таким образом, снижение смертности от неуточненной ХИБС с 28,9 до 0,55 отражает переход к новым принципам кодировки,перераспределению случаев смерти в другие, более специфичные рубрикивнутри того же класса болезней. Это отражает процесс повышения качества медицинской статистики, что позволит точнее определить истинную структуру смертности от ИБС и разработать адресные меры профилактики [27].
Заключение
Проведенный анализ динамики и структуры смертности от ИБС в Челябинской области за период с 2014 по 2023 г. выявил сложную, неоднозначную картину, отражающую как общероссийские тренды, так и региональную специфику. С одной стороны, в доковидный период (2014–2019 гг.) наблюдалась устойчивая положительная динамика, выражавшаяся в снижении общего коэффициента смертности от ИБС, что было достигнуто благодаря реализации федеральных программ и развитию сети сосудистых центров. С другой стороны, нельзя не отметить и роль пандемии COVID-19 как мощного дестабилизирующего фактора. Она не только спровоцировала резкий всплеск смертности в 2020 году, сведя на нет успехи предыдущих лет, но и внесла серьёзные искажения в статистический учёт.
Особого внимания заслуживает динамика смертности от всех форм ИБС, поскольку именно эта группа заболеваний продолжает определять основной объём кардиологической смертности. Выявленные колебания показателей, а также заметные изменения в нозологической структуре причин смерти - в частности, снижение доли атеросклеротической болезни сердца при одновременном росте категории «прочие формы ИБС» - скорее отражают особенности статистического учёта, чем реальные эпидемиологические сдвиги. Вероятно, свою роль сыграли изменения в практике кодирования причин смерти и корректировка подходов к регистрации летальных исходов в постпандемический период.
В то же время ряд наблюдаемых тенденций можно оценить положительно. Так, практически полное исчезновение рубрики «неуточнённая ХИБС» и существенное сокращение числа зарегистрированных повторных ИМ могут свидетельствовать о повышении качества медицинской документации и более точной верификации диагнозов.
Конфликт интересов
Финансирование
Библиографическая ссылка
URL: https://science-education.ru/article/view?id=34788 (дата обращения: 17.11.2026).
DOI: https://doi.org/10.17513/spno.34788
