Scientific journal
Modern problems of science and education
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,791

THE NATIVE (PROPER) LEXICAL LAYER OF THE CHAMALAL LANGUAGE

Khalilov M.Sh. 1 Alieva Z.M. 1
1 Federal State Budgetary Scientific Institution “Institute of Language, Literature and Art of Dagestan Scientific Centre, Russian Academy of Sciences”
В статье впервые рассматривается собственный пласт исконной лексики бесписьменного чамалинского языка, входящего в андийскую подгруппу аваро-андо-цезской группы нахско-дагестанской языковой семьи. Отмечено, что в исконной лексике выделяются общедагестанский, общеаваро-андо-цезский, общеандийский и собственно чамалинский пласты. В собственно чамалинский фонд лексики входит пласт, не встречающийся в других языках (собственно андийском, ахвахском, багвалинском, ботлихском, годоберинском, каратинском, тиндинском) андийской подгруппы, который группируется на разные лексико-семантические поля. Вместе с тем в статье освещаются некоторые вопросы словообразования и словосложения, которые способствуют увеличению собственно чамалинского пласта лексики. Важную роль в его формировании играют лексические новообразования, возникшие на базе исконного и заимствованного словаря. Анализ исконной лексики показывает близость дагестанских языков между собой.
The article presents the first analysis of the native lexical layer of the unwritten Chamalal language, which belongs to the Andi subgroup of the Avar-Andi-Tsez group of the Nakh-Dagestan language family. It is noted that the native vocabulary includes common Dagestan, common Avar-Andi-Tsez, common Andi and proper Chamalal layers. The proper Chamalal word stock includes the layer, not occurring in other languages (Andi, Akhvakh, Bagvalal, Botlikh, Godoberi, Karata, Tindi) of the Andi subgroup, and which is divided into different lexical-semantic fields. The article also deals with the problems of derivation and compounding which contribute to enlargement of the Chamalal lexical layer. Lexical innovations on the base of the native and borrowed vocabulary play an important role in the formation of this layer. The analysis of the native vocabulary shows the affinity of the Dagestan languages.
native word stock
derivational suffixes
native and loan words
Chamalal language
vocabulary
Чамалинский язык (чIамалалдуб мисIсI) - один из бесписьменных языков Дагестана, входящий в андийскую подгруппу аваро-андо-цезской группы нахско-дагестанской семьи языков.

Начало исследованию чамалинского языка было положено во второй половине XIX века П.К. Усларом [I3]. Более подробные материалы приведены в исследованиях Р. Эркерта [I5], А.М. Дирра [6], А.А. Бокарёва [4], З.М. Магомедбековой [9]. Весьма плодотворно исследованием чамалинского языка занимается известный специалист по андийским языкам П.Т. Магомедова, опубликовавшая ряд статей по вопросам фонетики, морфологии и лексики чамалинского и других андийских языков. Она же является и автором «Чамалинско-русского словаря» [10]. Наша квалификационная работа «Словообразование в чамалинском языке» [3] посвящена описанию образования всех знаменательных частей речи чамалинского языка.

В обобщающих трудах известных дагестановедов Т.Е. Гудава [5], С.М. Хайдакова [14], М.Е. Алексеева [1], Г.А. Климова и М.Ш. Халилова [7], Комри Б., Халилова М.Ш. [8], также в коллективной монографии «Сравнительно-историческая лексика дагестанских языков» [12] и др. достаточно полно привлечены языковые материалы чамалинского языка.

Словарный состав современного бесписьменного чамалинского языка - результат длительного исторического развития. Лексика чамалинского языка характеризуется наличием двух больших пластов: исконного и заимствованного. Разнообразным и наиболее обширным является исконный словарь, куда входят лексемы, возникшие непосредственно в чамалинском языке или унаследованные из более древнего языка-источника [2].

Основной словарный фонд чамалинского языка составляет исконные слова (70-80 % слов), употребляющиеся в настоящее время и определяющие его самобытность и своеобразие. В исконно чамалинском словаре, являющемся в структурно-семантическом отношении наиболее многочисленным и разнообразным, выделяются различные лексические фонды: общедагестанский, общеавароандоцезский, общеандийский и собственно чамалинский.

В исконной лексике функционально важен и значителен по объему пласт лексики общедагестанского уровня, характеризующийся наличием большого количества слов, отражающих важнейшие понятия жизни. Большой интерес представляют лексемы, которые испытали семантические сдвиги. Как правило, то или иное общедагестанское слово в одном или нескольких языках сохраняет первоначальное значение, а в других - изменяет его, сохраняя при этом закономерно дифференцированную фонетическую оболочку [11]. Этот пласт является самой древней и устойчивой частью лексики, которая представлена в том или ином виде во всех дагестанских языках.

Лексемы специфического общеавароандоцезского лексического фонда в исконной лексике чамалинского языка занимают скромное место и передают наиболее важные понятия, которые широко употребляются в повседневной жизни чамалинцев. Правомерность его выделения диктуется исторически существовавшим периодом групповой общности, объединявший некогда аварский язык с андийскими и цезскими. К ней относятся названия животных, птиц и пресмыкающихся, термины родства, термины сельскохозяйственного производства, названия полезных ископаемых, отдельные обозначения некоторых видов оружия, имена прилагательных, глаголы и т. д.

Значительно большим по числу и семантико-словообразовательному разнообразию является пласт чамалинской лексики, называемый общеандийским, который проявляет свою генетическую общность в системе закономерных звукосоответствий. Лексемы этого фонда функционировали еще в период существования праандийского языка и весьма многочисленны, хотя до настоящего времени выявлены только фрагментарно. Общий лексический фонд андийских языков включает в себя опять-таки ряд слов, обозначающих элементарные и жизненно важные понятия.

В чамалинском языке представлен собственно чамалинский фонд лексики, не встречающийся в других языках (собственно андийском, ахвахском, багвалинском, ботлихском, годоберинском, каратинском, тиндинском) андийской подгруппы, который сложился в период обособленного существования чамалинского языка. Эту лексику можно группировать на следующие лексико-семантические поля:

Названия деревьев и растений: сēвлI вогьа «граб» (букв. «лисье дерево»), кьанчIал-биза «клевер» (букв. «заяц-альчик»), сселалI апал «подорожник» (букв. «лист сухожилия»), къункъалI апал «мать-и-мачеха» (букв. «лист лягушек»), йехилакьим «сладкий корень съедобного растения, растущего на песчаных склонах» (букв. йехил «песчаный склон» + гьекьим «корень»), йехил-зум «дрема» (букв. йехил «песчаный склон» + зум «затычка»), сIсIанишахв «камнеломка» (букв. сIсIан «щип» + шахв «лук») и т. д. [10].

Названия плодов: хъирмужукъ «земляника», мисIсIакв «сыроежка», секIв «гриб (съедобный)», дудукъ «гриб (ядовитый)» и т. д.

Названия дома и построек, хад «жилой дом», къогь «сеновал», инна «окно», йегь «дверной проем», бачв «петли для двери, для окон» и т. д.

Наименования строительного материала, орудий труда и их частей: гъора «увесистый камень», къанкъа «подземный камень», кIора-кIванчIа «камень бесформенный», йикьал «бревно», чIāв «толстое бревно», аххим «центральная балка (для кровли нижнего этажа, хлева)», элълъим «одна из продольных балок (для перекрытия крыши)», вогьа «балка (центральная)», бōбала «балка-перекладина», гъвал «поперечная балка (в потолке)», сIсIē «доски»; сIсIерантIв «каменный каток для укатки крыши, гумна», ххоххатур «пила», котIа «топор», эдаб «молоток» и процессы, совершаемые этими инструментами: ххоххāна «пилить», бакъла «рубить», букъукъла «резать на куски», чIунāла «рубить», чочра «деревянный желоб для стока воды с крыши» и т. д. [10].

Названия животных, насекомых и птиц: лъеди (гьакIуб) «теленок» - гьаниха «телка» - зин «корова», лъеди (кунтIаб) «теленок» - гъадачIа «бычок» - муса «бык», амах «осел» - кьанчIа «осленок (до 6-ти месяцев)» - кIорт «осленок» или сIсIечIи «козленок» - йела-чIута «годовалый козел» - пепа-чIута «двухлетний козел» - эхва-чIута «4-х годовалый козел» - чIута «козел», сIсIечIи «козленок» - ингьва «годовалая коза» - сIсIиналI «коза», хвāй «собака» - кIусIсI «щенок» - тарашв «щенок (3-4 месячный)» и т. д.

Животноводство и связанные с ним лексические корреляты: квел «загон», рēла «отделять (молодняк от маток-овец на ночь)», йетIана «ягненок», игьва «чабан», инха «овцематка», игьва «пастух», чал «загон», игьвалъи «стадо овец, коров (кроме быков)», тIāна «убить», бухъла «резать», бахна «родить» и т. д.

Названия частей тела человека: бехума «часть скелета», нассул «трубчатая кость», бецулI нассул «берцовая кость», гъварв «прыщик», булалI «фурункул» и т. д.

Наименования, относящиеся к горному ландшафту: милъēсиб «северный склон», бициэсиб «теневая сторона» (букв. «влажная сторона»), милъ багьиннаб рахъ «восточная сторона» (букв. «солнце восходящая сторона»), милъ «солнечный склон горы», йехил/йеха «склон горы (песчанный)», сIсIутIи «выступ», кIор «выпуклость, бугорок», мусIсI «вершина горы», кьод «скала», додра «пропасть», «ущелье», гъун «холм» и т. д.

Наименования водных и связанных с ними объектов и явлений: бала «берег», ххарди «водоворот», гъогъма «речка», лъесса «река», игьир «водоем, озеро, пруд, лужа», тисIсIв «болото», лъилъил «канал к мельнице» (канал вообще) и т. д.

Обозначения продуктов питания, блюд и способов их обработки: гьалв «грудинка», йилъна «варить», сIсIикъва «колбаса», ата «молоко (свернувшееся после введения сычужины, но еще не отделившееся от сыворотки)», кIваб «сметана», сIсIедв «молозиво», кIвабулI той «сметана с творогом», сIсIикIулъла «прокисать», адим «маслобойка», кIваб āна «сбивать масло», гъерекIва «сковорода», ххол «толокно», къаркъа «вид лепешки», сусукIла «просеять», сIсIорелгьал «фасоль», йецI «хлеб», лIилI-инса «творог с маслом», къерлIа «буза».

Названия кормов для скота и термины, связанные с ними: йилъи «корм», вугье «урожай», бес «молодая весенняя травка», ашви гьунчIа «зеленая трава», йекъви гьунчIа «сухое сено», лъеххим «смесь сена и половы», гьунчIа «трава», вугьāла «собирать», гьунчIалI гъӯн «скирда сена», гьунчIалI хими «ноша сена», йаллв «1. сжатый хлеб, 2. молотьба, 3. обмолоченная масса», йаллвгъодалаб «гребок (орудие для сгребания обмолоченной массы на току)», шими «ковыльное сено (собираемое в конце зимы в случае бескормицы)», шимигъанаб «грабли (букв. расчесывающая ковыльное сено)», хоха «солома», хохалъадаб «грабли (букв. солому снимающая)», хханххади «борона (для конной или валовой тяги)», ххāна «косить», кIванкьа «вилы», кIорзун «пузатый подойник (из пластмассы)» и т. д. [8].

Наименования мужской и женской одежды: избула «одежда», кIач «рубашка» и «женское платье», ахō балдаб избула «верхняя одежда», гьинкьанō балдаб избула «нижнее белье», белан «воротник», ботун «бурка», къочара «безрукавка (из овчины или стеганная на вате)», анссаб избула «теплая одежда», йелквам «варежка», бакь «гашник», насти «чарлыги (чабанская обувь из сыромятной кожи, подошва которых сплетена из кожаных полосок; подстилкой в них служит ковыльное сено)», кицIв «крючок», йачал «ремень», тусIсIа «пряжка» и т. д.

Названия головных уборов и нагрудных и других женских украшений: галъв «шапка вообще», бухарилI галъв «каракулевая шапка», йицIвāла галъв «папаха», ботналI галъв «войлочная шапка», йайлухъ «головной платок маленького размера», кIанса «женский головной убор, одеваемый под платок для поддержания кос», гьачIа «глазок», зила «старинное платье (рубаха из стриженой овчины туникообразного покроя)», чIикьналаб «кнопка», бакь «кант», тесьма», йашал «бусы», жула «ожерелье (из серебряных подвесок)», кIиликIа «серьги», квакъин «браслет», кIокIа «серебряная подвеска (формы женской груди, нанизываемая чаще между бусинками)», хахан «цепочка» и т. д. [10].

Термины, относящиеся к земледелию и связанные с ним лексические корреляты: мāла «мотыга», чила вуххна «удобрять» (букв. «вывозить навоз на поля»), бахъвна «окучивать», вугьāла «убирать», гьума «стебель», сусукIла «просеять», ун «ларь для ссыпания муки зерна» и т. д.

Важную роль в формировании собственно чамалинского лексического фонда сыграли лексические новообразования, возникшие посредством суффиксации и словосложения.

Большое число собственно чамалинских слов возникло на базе исконного материала. Однако немало и собственно чамалинских лексем, образованных на основе заимствований, которые весьма заметны среди исконно чамалинских слов. Ср., например, калхузулI «колхозный», гIилмулI «научный», гIарадалI «пушечный» и т. п., в которых иноязычные корни (гIилмо «наука» араб., груз., гIарада «пушка», «колхоз» русск.) оформлены средствами словообразования чамалинского языка [3].

В словообразовательной структуре большинство чамалинских слов являются производными. В языке многие субстантивы, образованные при помощи суффиксов, являются собственно чамалинскими: танихъан «барабанщик», михи «работа», «труд», вушхъ)ла «работать, трудиться».

К суффиксам собственно чамалинского происхождения относятся: -е//-ен, -ди,         -кIул, I//-д и. д.: бичI «смерть» < бичIла «умирать», бах-ен «окот» < бахан < бахна «рожать», лъума-ди «обжора» < лъумāла «наедаться», ахъба-кIул «однодневная буза» < ахъбе «очаги», агъвала-лI «агвалинец», агъвала-д «агвалинцы».

Словообразовательные суффиксы глаголов -лъ, - к, -гь, -сс, -къ, -т, -тI, -хх, -з, -с, -ххв, образующие глаголы от имен можно отнести к собственно чамалинским, ср.: цIа «огонь» > цIа-гь-ла «жечь», гьанкъа «жажда» > гьанкъа-з-ла//гьанкъа-з-)ла «испытывать жажду», анссаб «теплый» > ансса-к-вла//ансса-к-ӯла «греться, согреваться, обогреваться», квануб «светлый» > кван-лъ-ла//кван-лъ-)ла «светать», гьагьа-с)ла «зевать» < гьагьади «зевота», макала «проголодаться» > мака-т-ла//мака-т-)ла «голодать, недоедать», захъуб «темный» > захъу-тI-ла//захъв-тI-ӯла «темнеть», эъа «туча, облако» > эъала-хх-ла//эъала-хх-)ла «становиться пасмурным» и т. д. [3].

Определенная часть сложных глаголов строится на базе заимствованной формы аварского масдара путем присоединения чамалинских глаголов игьла «делать» (входит в состав аналитических глаголов и идиом, имеющих различные значения): дазданийа игьла «допрашивать», исрап игьла «мотать, тратить», кумак игьла «помочь», хIал игьла «насиловать» и т. д. Основы их стали собственно чамалинскими.

Собственно чамалинскими являются и все сложные существительные, прилагательные, глаголы и наречия, образованные на базе двух синтаксически равноправных компонентов: йалъел-сIсIетI «в ближайшие дни» (йалъел «сегодня», сIсIетI «завтра»), ссинв-ссара «молочное» (ссинв «молоко», ссара «кефир»), идахабла-ихидассла «все» (идахаб «то, что имеется», ихидасс «то, чего нет»), ōла-хēла «питаться» (ōла «есть», хēла «пить»), ах-гьикьан «подряд» (ах «на верху», гьикьан «внизу»), батIил-джаджа «репник морщинистый» (букв. «? + зерно»), чIетв-чIора «посуда» (чIетв «тарелка», чIора «чашка») и т. д. (См.: Алиева З.М. «Словообразование в чамалинском языке», 2003).

Исследование и анализ исконной (собственной) лексики чамалинского и всех дагестанских языков, в особенности их собственного лексического фонда, имеет большое значение для выявления наиболее древнего и устойчивого слоя лексики, который сохранился без изменения и отражает историю их носителей.

Рецензенты:

Маллаева З.М., д.фил.н., профессор, ведущий научный сотрудник отдела грамматических исследований Института языка, литературы и искусства ДНЦ РАН,  г. Махачкала;

Темирбулатова С.М., д.фил.н., ведущий научный сотрудник отдела лексикографии и лексикологии Института языка, литературы и искусства ДНЦ РАН, г. Махачкала.