Scientific journal
Modern problems of science and education
ISSN 2070-7428
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,931

CONDUCT PARADIGMS OF RUSSIA´S POLITICAL ELITE DURING ECONOMIC CRISIS

Kozlov V.I. 1 Petrenko M.V. 1 Prokopov S.V. 1
1 Russian Economic University n.a. G.V.Plehanov (Volgograd branch)
Статья посвящена проблеме выбора модели поведения российской политической элиты в условиях экономического кризиса. Показано, как актуальные экономические и социальные проблемы оказывают негативное влияние на стабильность электоральных ожиданий. Раскрыто определение «социальная напряженность» и его взаимосвязь с активностью политической элиты. Проанализированы стабилизационные меры в экономике, в том числе эффективность оперативных мер, направленных на сдерживание роста цен, политика правительства по популяризации идеи импортозамещения в промышленном производстве. Анализ результативности некоторых мер стабилизации внутреннего социального климата увязывается в данной статье с актуальной необходимостью смены парадигмы поведении российской политической элиты. А именно с переходом от оперативных мер популистского характера к выработке политической стратегии развития на среднесрочную перспективу в условиях, навязываемых внешнеполитической конъюнктурой.
The article is devoted to the choices of conduct models by the Russian political elite during the economic crisis. It illustrates how economic and social problems influence electorial expectations. Reveals the definition of "social unrest" and its relationship with the activity of the political elite. Analyzed stabilization measures in the economy, including the operational effectiveness of measures to curb rising prices, the government´s policy on popularizing the idea of import substitution in the industrial production. Analysis of effectiveness of some measures to stabilize the internal social climate is linked in this article with a pressing need for a conduct paradigms of russia´s political elite. Namely, the transition from operational measures populist nature to develop a political strategy development for the medium term in the conditions imposed by the foreign environment.
political elite
crisis
social intensity
import substitution
price freeze
electorate
События рубежа 2014-2015 годов проявили ряд структурных проблем российской экономики и государственного управления. Экономические санкции, инициированные США и их западноевропейскими союзниками, девальвация национальной валюты, удорожание финансовых ресурсов для отечественных хозяйствующих субъектов побудили политическое руководство Российской Федерации в частности и политическую элиту страны в целом предпринимать конкретные меры по регулированию социально-экономических процессов в «ручном» режиме [14], [15], [16], [11].

Предпринятые и запланированные меры, направленные на выравнивание  экономических показателей инфляции и финансовой обеспеченности фактически влекут за собой осуществление незапланированных в бюджете финансовых трат, как на стабилизацию финансовой системы, так и на переустройство национального производства. Расходование золотовалютных резервов (с 421,4 млрд.долл в ноябре 2014 до 354,1 млрд.долл в апреле 2015) [6] на фоне вялого роста стоимости нефти на мировых рынках обещают в среднесрочной перспективе существенные проблемы для выживания страны.

На бюджете граждан уже сказываются резкие повышения ставок по потребительским кредитам и рост потребительских цен выше уровня инфляции. Такие последствия всегда становятся триггером изменений электоральных предпочтений граждан, приводят к падению уровня доверия политическим лидерам и к изменениям в составе правящей элиты. Предсказуемость данных следствий является существенным мотивом для правящей элиты скорректировать свое политическое поведение с целью предотвращения роста социальной напряженности в обществе и удержания своих политических позиций. 

Объектом настоящей работы является кризисная ситуация в экономике страны. Предметом - оперативные меры по локализации последствий экономического кризиса в жизненно важных для электората сферах общественных отношений. Цель - оценить ожидаемую глубину и продолжительность эффекта антикризисных мер, и их действие по регулированию социальной напряженностью в стране.

Под социальной напряженностью в настоящем исследовании понимается проявляемое открыто, либо латентно общественное недовольство в связи с проводимой политической элитой государственной политикой и экономическими последствиями этой политики.

Исследователи традиционно считают социальную неудовлетворенность началом большого социального конфликта [18]. При этом итоги общественных потрясений могут быть и положительными: преодолевая те противоречия, которые спровоцировали недовольство граждан, политическая элита совершенствует государственную систему и укрепляет свои политические позиции.

Стоит также отметить две важные характеристики этого понятия. Первая особенность - это априорное существование минимальной, так называемой «фоновой неудовлетворенности» [18]. На практике не существует политической системы, которая снимала бы общественное недовольство полностью, поэтому социальная неудовлетворенность может быть количественно измеряема. Следовательно, задачи политической элиты сводятся к поддержанию социальной неудовлетворенности на таком уровне, чтобы ее количественные изменения не переросли в качественные политические последствия. Как уже отмечалось, кризис в экономике - наиболее нестабильный и критичный в этом смысле период.

Вторая особенность заключается в том, что социальная напряженность складывается из нарастающей массы «настроений неудовлетворенности» в тех сферах общественных отношений, в которых происходит непосредственное удовлетворение  разумных и здоровых потребностей простых граждан РФ, а именно - «жизненно важных» [18] сферах.

Логика политического поведения предполагает, что правящая элита России, заинтересованная в политической стабилизации, сделает упор на меры по снятию социальной напряженности именно в жизненно важных сферах. Так, в течение полугода после первых санкций Европы и США в нашей стране государство совместно с представителями бизнеса начало комплекс мер, направленных на контроль над ценами на жизненно важные продовольственные и лекарственные товары (тактика «замораживания цен» [2]), и на стимулирование отечественного производства (программа импортозамещения [3]).

Тактика «замораживания цен» заключается в том, что по соглашению нескольких крупнейших торговых сетей и Федеральной антимонопольной службы [12] рыночная стоимость 30 наиболее популярных товаров не повышается вслед за растущим курсом доллара. Список этих «социально значимых» продуктов был определен Правительством РФ еще в период кризисных тенденций 2010 года [2]. Информирование населения в торговых сетях о том, что цены на предметы их ежедневного спроса, не смотря на кризис, остаются неизменными создает у граждан ощущение защищенности, откатывает социальное недовольство к количественному минимуму. Полученная в итоге социально-политическая стабильность имеет экономические следствия: рост розничной торговли с 16.512.047 млн.руб. в 2010 году до 23.685.913,5 млн.руб. в 2013 [8] году будет продолжен [13]. Торговые сети идут на такие соглашения не столько под давлением политической надстройки, сколько под влиянием тенденций снижения покупательной способности россиян. Сети готовы даже занизить свою маржу путем уменьшения торговой наценки ради сохранения доверия покупателей и удержания от обвала уровня потребления товаров повседневного спроса.

Таким образом, заинтересованность сторон ценового соглашения в данном вопросе взаимна и будет иметь перспективу не только на краткосрочный период, но и на среднесрочный. Этот вывод основан на том факте, что бизнес в равной степени с правительством рассчитывает длительность текущего кризиса на двухлетний период и при наличии резервов надеется в эти годы сохранить свои основные активы.

В конце 2014 года такую оценку длительности кризиса дал Президент России В.В. Путин. Он отметил, что выход из сложившейся кризисной ситуации неизбежен, но на это уйдет не меньше двух лет [9]. Примерно такого же мнения придерживаются представители бизнес-сообщества, что подтверждает опрос экспертов (представителей бизнеса), проведенный РБК [4]. Аналогично описывают сценарий российского кризиса и зарубежные эксперты. По оценкам  авторитетного международного рейтингового агентства  Moodys, экономический спад в России продлится до 2017 года [7].

Характерной чертой всех вышеперечисленных прогнозных мнений являются (подкрепленные расчетами некритичного падения экономики) ожидания того, что фактор роста цен не вызовет радикализации социального недовольства и не станет причиной смены электоральных предпочтений российских граждан. Прогноз падения экономики на 6-8% и ее восстановление в течение 2-х лет считается приемлемым сценарием, который политическая система способна перенести без особых революционных изменений благодаря высокому изначальному индексу доверия электората по отношению к Президенту России и проводимой и политике. Это тот ресурс, который способен, даже значительно истощаясь, удерживать на плаву политическую элиту, абсолютно лояльную президенту. 

Другая избранная точка приложения антикризисной активности политической элиты - программа импортозамещения. О необходимости принятия мер по замещению на потребительском рынке импортных товаров отечественными в Правительстве РФ и Государственной Думе РФ стали говорить после введения запретительных экспортных санкций стран - союзников США. При этом о серьезной диспропорции импортных и отечественных товаров на потребительском рынке было известно давно. В частности, известный экономист и политический консультант М. Хазин задолго до нынешнего кризиса показал на простых экономических расчетах выгоды от импортозамещения для Российской экономики и социальной сферы [17]. Фактически введенные санкции оказывают на отечественный потребительский рынок скорее психологическое воздействие, чем реальное. Их действие может чувствительным образом отразиться на дефиците некоторых фармакологических препаратах, но по остальным позициям сектора потребительских товаров рынок восполнит попавшие под санкции товары незаметно для рядового покупателя. 

Очевидно, что не столько реально введенные запреты на ввоз в Россию отдельных позиций продовольственных товаров вызвали создание программы импортозамещениия, сколько сама угроза шантажа управленческой элиты перекрытием каналов импорта и созданием продовольственного дефицита сформировала рефлекторные движения, направленные на создание условий защиты от такого шантажа. И теперь управленческая элита артикулирует давно назревшую идею о том, что диспропорции сложившиеся рынка невозможно преодолеть простой фиксацией цен, изменением пошлин и пр.

Решение этой проблемы вопроса требует принципиально новой промышленной политики и создания колоссальной массы новых эффективных производств, что не может быть решено оперативно. По оценкам М. Хазина речь идет о необходимости создания сотен новых предприятий ежегодно при разработанной программе на 10-15 лет. По существу это новая индустриализация, с которой сознание российских граждан связывает успехи Советского союза в ХХ веке. Поэтому провозглашение программы импортозамещения и его информационная поддержка создает в сознании обывателя представление о сформировавшемся тренде и возросшей активности по индустриализации в России, что также направлено на формирование у простых граждан чувства защищенности, уверенности в завтрашнем дне. В этом смысле политический и экономический дискурс импортозамещения также создает предпосылки для фиксации социальной напряженности на «фоновом» уровне.

Еще одно из следствий экономического кризиса - изменение условий кредитования на потребительском рынке кредитов. Потребительское кредитование, сложно отнести в чистом виде к «жизненно важным» сферам экономической жизни большинства российских граждан. Однако стоит отметить постепенный рост в России кредитования всех форм в последние годы (19179,6 млн.руб. в 2010 году до 38767,9 млн.руб. в 2013 году) [5]. При этом количество организаций, обладающих правом выдачи кредитов, постепенно сокращалось (1058 в 2010 году и 923 в 2013 году) [19]. Последние пять лет в России шел процесс увеличения финансовой эффективности кредитных организаций и граждане РФ в форме физических и юридических лиц увеличивали долговые обязательства перед банками-кредиторами.

Следовательно, данная сфера экономической жизни становится актуальной для жителей России, и резкое увеличение стоимости кредитных ресурсов может негативно сказаться на общем фоне «социальной напряженности» [11]. В этой сфере помимо мероприятий Правительства РФ по субсидированию ипотечного кредита, стала заметной и политическая активность в духе электоральных политических технологий. Так активисты «Общероссийского Народного фронта» провели 4 апреля 2015 года в 30 регионах России акцию против нелегальных и полулегальных кредиторов [14]. Представители организации ОНФ, созданной по инициативе В.В. Путина, обращали внимание местных властей к проблеме нелегального кредитного рынка, предупреждали граждан о рисках и обязались передать «всю собранную информацию в правоохранительные органы» [1].

Анализируя это событие, необходимо расценивать его как факт вынесения популярной, внепартийной всероссийской общественно-политической организацией проблем российского кредитного рынка в публичное поле. Это, на наш взгляд, демонстрация некоего тренда в поведении, адресованного политической элите в качестве модели для подражания. Этот сигнал сообщает о том, что региональные элиты в унисон с федеральным центром должны продемонстрировать заботу о финансовой грамотности граждан. Именно согласованное поведение федеральных и региональных элит должно поддержать у населения ощущения защищенности со стороны политических институтов и, тем самым, содействовать социальной стабилизации в условиях явного ухудшения материального благосостояния электората.

Несмотря на некую шаблонность и примитивность ответов на вызовы кризиса, стоит отметить, что направления антикризисных мер были выбраны Правительством РФ довольно оперативно. На политическую перспективу в рамках текущего электорального цикла можно уверенно прогнозировать положительный эффект рассмотренных мер сдерживания протестных настроений.

Однако уже среднесрочный прогноз ухудшения социально-экономической ситуации в стране [10] перевесит эффект от «замораживая цен», дискурса импортозамещения и ипотечного субсидирования и поставит на повестку дня правящей элиты принципиально новую стратегию поведения уже к весеннему циклу выборов 2016 года, для которой отдельные меры, направленные на компенсацию экономического спада будут недостаточны для эффективного управления электоральным поведением.    

Рецензенты:

Бардаков А.И., д.пол.н., профессор кафедры государственного управления и политологии ФБГОУВПО Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Волгоградский филиал, г. Волгоград;

Шелекета В.О., д.фил.н., профессор кафедры социально-гуманитарных наук ФГБОУ ВПО «НИУ «МЭИ» в г. Волжском, г. Волжский.