При изучении структуры биомассы высокогорных тундр Тувы выявлено, что в ряду травянистые-кустарничковые-лишайниковые-кустарниковые тундры происходит постепенное увеличение запаса биомассы с 350,0 в овсяницевых сообществах (Festuca sphagnicola, F. kryloviana) до 1614,5 г/м2 в сообществах с доминированием кустарников (Betula rotundifolia, Rhododendron aureum, R. adamsii, Caragana jubata) В кустарничковых тундрах (Dryas oxyodonta, Empetrum nigrum) данные показатели составляют 521,0 г/м2. Лишайниковые тундры (Alectoria ochroleuca, A. nigricans, Cetraria islandica, Cladonia arbuscula, C. stellaris) занимают промежуточное положение запас их биомассы в среднем составляет 839,6 г/м2. В кустарниковых, кустарничковых и травяных тундрах соотношение биомассы высших растений и споровых растений составляет 1,3-4,1:1 (в среднем 1,8:1), лишайниковых – 1:5,8. В кустарниковых тундрах биомасса сосудистых растения в 4,1 раза превышает биомассу мхов и лишайников. В лишайниковых тундрах наблюдается обратное явление, биомасса споровых растений в 5,8 раза превышает биомассу сосудистых растений.
Studying the biomass structure of the alpine tundra of the Tuva we found there is the gradual increase of the biomass stock from 350,0 in the fescue communities (Festuca sphagnicola, F. kryloviana) to 1614,5 g/m2 in the communities with the dominance of schrubs (Betula rotundifolia, Rhododendron aureum, R.adamsii, Caragana jubata) among the grass – bush – lichen – shrub tundra. These figures are 521,0 g/m2 in the shrub tundra (Dryas oxyodonta, Empetrum nigrum). Lichen tundra (Alectoria ochroleuca, A. nigricans, Centraria islandica, Cladonia arbuscula, C. stellaris) occupy an intermediate position and the biomass stock is on overage 839,6 g/m2. The biomass ratio of higher plants and spore plant is 1,3-4,1:1 (1,8:1), lichen - 1:5,8 in the bush, shrub and herb tundra. The biomass of vascular plants is at 4,1 times higher than biomass of mosses and lichens in the shrub tundra. There is the opposite phenomenon in the lichen tundra - the biomass of the spore plants is at 5,8 times higher than biomass of vascular plants.
1. Андрейчик М.Ф. Современное изменение климата Республики Тыва. — Кызыл: РИО ТувГУ, 2013. — 246 с.
2. Гришина Л.А. Биологический круговорот и его роль в почвообразовании. — М.: МГУ, 1974. — 126 с.
3. Ершова Е. А. Естественные кормовые угодья // Растительный покров и естественные кормовые угодья Тувинской АССР. — Новосибирск: Наука, 1985. — С. 196-208.
4. Зибзеев Е.Г., Самбыла Ч.Н. Ценотическая характеристика и запас надземной фитомассы тундровых сообществ хребта Академика Обручева // Раст. ресурсы. — 2007. — Т. 43, вып. 1. —С. 18-29.
5. Зятькова Л.К. Тува // Алтае-Саянская горная область. — М.: Наука, 1969. — С. 333–362.
6. Куулар Х.Б. Особенности климата Республики Тыва во второй половине XX в. и в. XXI в // Метеорология и гидрология. — 2015. — № 1. — С. 51-57.
7. Полевая геоботаника. — М.-Л.: Наука, 1972. — Т. 4. — 336 с.
8. Родин Л. Е., Ремезов Н. П., Базилевич Н. И. Методические указания к изучению динамики и биологического круговорота в фитоценозах. — Л., 1968. — 145 с.
9. Самбыла Ч. Н. Лишайники и мхи в запасе надземной фитомассы тундровых сообществ высокогорий Тувы // Известия Самарского научного центра РАН. — 2014. — Т. 16, № 5. —С. 86-92.
10. Седельников В.П. Растительность высокогорий // Растительный покров и естественные кормовые угодья Тувинской АССР. — Новосибирск: Наука, 1985а. — С. 48-68.
11. Седельникова Н. В. Лихенофлора нагорья Сангилен. — Новосибирск: Наука, 1985. — 180 с.