В статье рассматривается российская модель корпоративного управления публичного акционерного общества в сравнении с германской и англо-американской моделями, анализируются различные взгляды на определение характера отечественной модели корпоративного управления. В России, как и в странах ЕС и США, в настоящее время наметилась тенденция взаимопроникновения элементов основных моделей корпоративного управления. Вместе с тем имеются и специфические черты. Несмотря на то что в отечественном законодательстве в целом заложена трехуровневая система управления публичным акционерным обществом, в нем до сих пор четко не определен статус совета директоров (орган непосредственного управления или контроля). В этой связи анализируются вступившие в силу 1 сентября 2014 года изменения в главу четвертую части первой ГК РФ, касающиеся вопросов управления в корпорации, а также принятый Банком России в апреле 2014 года Кодекс корпоративного управления. Российская модель корпоративного управления не относится ни к германской, ни к англо-американской моделям в их чистом виде. Наиболее близка она к европейской модели корпоративного управления, о чем говорят возможность выбора учредителем из нескольких моделей управления акционерного общества, усиление контролирующей функции совета директоров, а также усложнение его структуры.

The article deals with the Russian model of corporate governance of the public joint-stock company, in comparison with the German and Anglo - American model, analyzes the different views on the definition of the national model of corporate governance. In Russia, as in the EU and the US, now a tendency interpenetration key elements of corporate governance models. However, there are specific features. Despite the fact that the Russian legislation in general laid a three-tier system of corporate governance of the public joint-stock company, it is still not clearly defined the status of the Board of Directors (the direct authority or control). In this connection, the changes, which came into force on September 1, 2014 in the fourth chapter of the first part of the Civil Code of the Russian Federation relating to problems of corporate governance and the Corporate Governance Code adopted by the Bank of Russia in April 2014 are analyzed. The Russian model of corporate governance can not be attributed to either the German or the Anglo-American model. The most close it is to the European model of corporate governance, as evidenced by the founder of the company the opportunity to choose from several models of governance, strengthening the supervisory function of the Board of Directors and the complexity of its structure.