В статье рассматривается видение религиозной системы осетинской традиционной религии (ТОР) одним рассказчиком на примере двух устных рассказов о небожителях осетинского пантеона. При рассмотрении указанной темы мы затронули проблему определения статуса рассказывающего устный рассказ. Нами выделяется два уровня знания и передачи традиции: рассказчиком и сказителем. Ситуация возникновения сказителя и его «профессии» запечатлена в Нартовском эпосе осетин в цикле о Сырдоне, подарившем нартам двенадцатиструнную арфу. Устные рассказы сравниваются со сказанием, имеющим устоявшийся в осетинской традиции сюжет о небожителе Авсати. Определены нюансы иконографии небожителей Уацилла и Авсати. Индивидуальный компонент в осетинских устных рассказах о небожителях структурирует текст и имеет, как правило, эмоциональный характер. Трактовка характера небожителей в устных рассказах может отличаться от «канонической».

The vision of religious system of the Ossetian traditional religion (TOR) by one story-teller on the example of two oral stories about inhabitants of heaven of the Ossetian pantheon is considered in article. In process of consideration of the specified subject we touched on the issue of definition of the status of the telling of the oral story. We allocate two levels of knowledge and tradition transfer: story-teller and scald. The situation of emergence of the scald and his "profession" is imprinted in the Nartovsky epos of the Ossetian in a cycle about Syrdon, presented to sledge a twelve-string harp. Oral stories are compared to the legend, having the known plot in the Ossetian tradition about the inhabitant of heaven Avsati. We identified features of iconography of inhabitants of heaven Uatsilla and Avsati. The individual component in the Ossetian oral stories about inhabitants of heaven structures the text and has, as a rule, emotional character. The treatment of character of inhabitants of heaven in oral stories can differ from "initial".